– Кстати говоря, вот такие андроиды, – Рэм указал на Люси, безостановочно колесящую по залу, – естественно, с намного более продвинутой системой ИИ5, в некоторых странах все чаще интегрируются в сферы жизни высокого порядка, а не только и не столько в целях грубой эксплуатации. Парламент Я., например, уже наполовину состоит из них. А в К., если не ошибаюсь, вторым Верховным судьей назначен также робот.
– Да, я где-то читал об этом. Но как это возможно? Как ИИ может управлять людьми и уж тем более судить их?
– Не управлять, быть интегрированными в общественно-политическую жизнь людей и служить во имя морали, правды и объективности, ибо люди, Кап, безнадежно порочны. В странах, о которых я упомянул, активно продвигается революционно новая модель жизни. Не слышал такой термин «Hybrid Life»?
– Гибридная жизнь? Имеется в виду сосуществование нас с интеллектуальными роботами?
– Точно.
– Но вот объясни, как ИИ может ориентироваться в вопросах человеческой морали? Откуда машинам знать, как человеку лучше?
– В их программу закладываются принципы и нормы поведения, всевозможные этические формулы с набором строгих интерпретаций. Архитектура ИИ строится на основе психометрических данных тысяч общепризнанных авторитетов со всего мира. С этой точки зрения, теоретически, они намного совершеннее любого святоши.
– То есть, все идёт к тому, что нас постепенно принудят мыслить и действовать шаблонно?
– Мыслить и действовать правильно. Следовать букве закона и только ей. Вот это главное, а не то, как человеку лучше.
– Допустим, я согласен с тем, что ИИ объективен и неподкупен, но, вероятно его можно «взломать», как взламывают любой компьютер?
– Вот тут ты и вскрыл проблему номер один. Действительно, эта система имеет большие недостатки. Я как раз и проработал столько лет в «AI-company» над решением этой проблемы.
– Погоди, это же корпорация – мировой лидер по производству робототехники…
– Совершенно верно.
– Впечатляет. И ты, значит, работаешь над защитными механизмами этой системы или как оно у вас там называется?
– Вообще, это целый проект под названием «AI-платформа». По сути, ты прав это сложный многосистемный эмулятор, о принципах работы которого можно долго и нудно рассказывать. Но не находишь, что-то мы уж слишком углубились в эту тему? Ты не представляешь, как я соскучился по обычной беседе с близкими людьми. Я так истосковался по родному языку что прямо с трапа самолета готов был заговорить с первым встречным! И ты не представляешь, как я ждал нашей встречи.
– Да, конечно.
Рэм с удовольствием отпил кофе. Потом с полминуты пристально разглядывая, изучал своего друга.
– Слушай, а тебя не найти ни на каких ресурсах, мне аж пришлось съездить к твоей маме. К счастью, я ее нашёл по старому адресу. Мы с ней поговорили по душам. Какая она у тебя замечательная. Вот, тетя Сантия и рассказала, где ты и дала твои контакты.
– Да, она там же. А мне после учебы предложили работу, и я остался здесь.
– Чем ты занимаешься, не терпится узнать?
– Я так… преподаю на кафедре Античной истории и философии.
– Ого, как неожиданно! А хотя, я всегда знал, что ты выберешь что-то подобное. Ты же всегда был философом, хе-хе. И как, тебе нравится?
– Это, конечно, далеко не «AI-company», но в целом, у меня не было особого выбора, – нехотя ответил Капио.
– Перестань, выбор есть всегда. Главное, я надеюсь, тебе нравится то, чем ты занимаешься, – возразил Рем.
– Если не учитывать постоянные переезды из конца в конец города ради пары лекций в 8 утра для полусонных студентов, крошечной зарплаты и отсутствия перспектив, то, да, – грустно пошутил Капио. Но потом, вздохнув, добавил: – Хотя зачем я обманываю…
Он умолк, смущенно отвернувшись в окно, задумчиво посмотрел в небо. Казалось, в это время он думал о чём-то или о ком-то другом. Рэм не сводил с него глаз, с вниманием ожидая продолжения.
– Кап? Ты здесь?
– По правде говоря, я до сих пор не разобрался, чего я хочу от жизни. Я здесь один и все вокруг кажется мне чужим. В последнее время все чаще думаю о том, чтобы вернуться обратно. Возможно, там у меня удастся найти своё призвание. Но что это может быть, я пока не размышлял. Сначала, наверное, стоит начать с восстановления родительского дома…
– Создать семью, завести детей. Понимаю. Иногда я тоже задумываюсь об этом. Но я знаю, что сейчас это может серьезно помешать моим некоторым планам
Капио кивнул, опустив глаза, но в следующее мгновение вдруг ожил.
– Ты сказал, планам? Что за планы?
– Я расскажу тебе об этом более подробно позже. Просто, наверное, не здесь.
Капио внезапно стало плохо. Он схватился за горло, вытащил ингалятор из кармана и судорожно использовал его.
– Твоя астма… – сочувственно спохватился Рэм, вскакивая с места. – Позволь развязать галстук, он затянут, как будто на важной встрече, а вот так будет лучше.
– Для меня это… Это точно важная встреча… – прохрипел Капио сквозь кашель.
– Ну, не надо так. Но я ценю, эти слова. Есть что-то ещё, чем я могу помочь?
– Нет, не беспокойся. Пройдет… Ещё одна причина, почему я хочу уехать отсюда, – с тяжелым вздохом сказал Капио.