– Мм… попробую объяснить так: знаешь, что обозначают эти две буквы корпорации – AI? Artificial Intelligence – искусственный разум, иначе говоря, альтернатива человеку. Но этот разум в той же степени альтернативный, в какой Люси могла бы исполнять роль жены. Скорее, это лишь пародия на разум. Обезличенная шаблонная имитация общечеловеческого поведения. Но даже тебе, не связанного с проектом человеку, с первых секунд было понятно, что Платформа имеет недостатки, и это серьезные недостатки принципиального характера. Я говорю это как специалист, поварившийся в этом котле целых 7 лет. Начнём с того, что любая архисложная задача требует таких же инструментов и усилий, – в данном случае это сверхмассивный код. Любой такой массив будет иметь баги. Повторяю, любой, даже написанный целой армией гениальных программистов, даже, несмотря на корректирующие коды и прочую автоматизацию. Платформа – конечно, проект огромный, амбициозный, я бы сказал даже слишком амбициозный, в который вливаются десятки миллиардов долларов, над которым работают сотни профессионалов высочайшего уровня, лучшие из лучших и бла-бла-бла. Но знаешь, что я понял, проработав там все эти годы? Я понял, что этот путь на 99,9 процентов – тупиковый, если мы имеем цель воссоздать биометрический клон личности. Боюсь, это невозможно в принципе. Чтобы ты понимал, для моделирования всего нескольких секунд условной человеческой жизни потребуется «алгоритм вероятных событий», состоящий из миллионов кодовых строк. Даже модель, хотя бы отдаленно напоминающая конкретную личность, например, тебя, будет стоить сумасшедших денег и годы, годы работ – кто-то (а это, не забывай, сотни специалистов) должен писать под эту личность программу. Я не говорю уже о вирусных кодах, банально механических поломках и кучу других факторов, способных нарушить и остановить работу ИИ. И самое главное: можно запрограммировать повадки, характер, но не воспоминания, мечты, чувства, инстинкты человека.
– А я представлял ИИ чем-то вроде самообучающейся системы, в программу которой изначально закладываются креативные способности, и которая сможет дальше, ну, так скажем, эволюционировать.
– В кино – да, а в жизни все не так.
– Все ещё помню твою старую фразу: «Нет ничего невозможного».
– Я и сейчас так считаю. Но мы говорим о реальных вещах сегодняшнего дня или хотя бы обозримой перспективы. Фантастические гипотезы и теории отдалённого будущего – это больше по твоей части, из разряда теоретической науки или даже философии. А пока реальность такова, что любой интеллектуальный механизм – имеет физическую реализацию. Проще говоря, робот с ИИ состоит из кучи металлопластика и бинарной цифры. И если ИИ – это «душа» робота, то душа эта имеет вполне физическую природу, генерируются с помощью цифровых устройств и хранится на твёрдом носителе. Все в нашем мире материалистично, дружище.
– А живая душа тоже материалистична?
– Доктор Керн убежден, что да.
– Кто это?
– Коллега.
– Так ты продолжишь свою работу?
– Непременно!
– Даже несмотря, как ты сказал, на тупиковость АI?
– Именно по этой причине я готов работать с утроенной силой.
– Твоему упорству можно только позавидовать. И когда ты планируешь вернуться к своему делу?
– Сегодня же. Моя работа – это мое все.
– Как сегодня? Ты улетаешь обратно, не успев толком побывать здесь?
– Совсем нет, я вернулся домой, Кап! Надолго. А может навсегда, – загадочно или даже мечтательно расплылся в улыбке Рэм.
– Погоди, а как же «AI-company»? Или они открывают здесь филиал?
– Опять не угадал.
– Не говори загадками, Рэм!
– Ок. – Рэм наклонился к Капио и понизил голос, – Я начинаю свой проект. Для этого, собственно, я здесь, и ты мне нужен.
– Проект? Что за проект? – тоже вполголоса спросил Капио. – Только давай без этих твоих интриг?
– PSI – Person Soul Interpreter – так я хочу назвать своё детище.
– Это интерпретатор человеческой души…
– Это как раз то, о чем я тебе обещал рассказать в другом месте, в течение пары недель я планирую…
В этот момент на телефон Рэма поступил звонок, не дав ему договорить. Он отвлекся на экран, потом спешно извинился и с нескрываемой серьезностью отошёл ответить. О чём-то коротко и живо поговорив, он вернулся за стол.
– Извини, старина, звонили по одному важному для меня вопросу.
– Конечно, – учтиво улыбнулся Капио.
– Слушай, Кап, – с извиняющимся видом начал Рэм, – мне срочно надо съездить по одному адресу. Но я тебе позвоню, как только решу некоторые дела.
– Знаешь, я все хотел сказать… – начал Капио, но осекся на полуслове.
– О чем?
– Хм… – сглотнул Капио и застыл в нерешительности.
Он всю беседу искал удачный повод подвести разговор к Марго и расспросить о ней, но без лишних сантиментов. Его разрывало услышать хотя бы пару слов о судьбе той, о которой он грезил всю свою сознательную жизнь. И теперь, когда их встреча обрывалась таким образом, он метался в сомнениях: признаться, или нет?
– Я хотел сказать, что я всегда на связи…
– Отлично! Только не пропадай, договорились? – скороговоркой бросил Рэм и, опустошив свой стакан, поднялся с места.