– Там, перед домом «Мерседес», на нем он развозит нас по клиентам. Я могу показать.
– Пошли! – Капио не спуская ножа, подвел ее к окну.
– Тот автомобиль, он сейчас там ожидает, – показала она, впрочем, внизу в темноте был виден лишь тусклый свет из салона.
– Такой тощий и с горбатым носом?
– Да, да, это он.
– Имя?
– Жвачка, то есть Оули, но все зовут его Жвачка, он все время жует…
– Смотри, если ты меня обманула…
– Я клянусь! – жалобно заплакала она.
Капио потащил ее обратно в ванную. По пути зацепив стул, он усадил ее, достал из сумки рулоны скотча.
– Извини, так надо. Тебя найдут, я позабочусь об этом, а пока побудь здесь. Ты сказала, у тебя мама и младший брат? Видишь, я все помню. Они очень расстроятся, если с тобой что-то случится, правда? – бормотал Капио, приматывая ее нагое тело к стулу.
– Да, – захныкала она
– Сиди тихо. Обещаешь? Обещаешь?!
Она послушно закивала головой. Он достал из сумочки ее телефон. В контактах действительно был «Жвачка», последний выполненный звонок адресовался ему. Машинально закрыв все двери и окна, он думал, что делать дальше? На этом моменте его заранее подготовленный план, сбившись с курса, зашел в тупик. Капио нервничал, ходил взад-вперед по комнате, вращая в руке телефон заложницы, размышляя о последующих действиях. Вариантов было немного, и все – одинаково опасные для жизни. Он понимал, теперь либо он их, либо они его. Первое выглядело предпочтительнее. Рубикон уже был пройден, и он уже не думал сдавать назад, скорее, он боялся этого делать. Капио судорожно заглянул в «трофейный» телефон. Ему пришла новая идея.
– Сейчас ты позвонишь ему и заставишь подняться к нам.
– Но что я ему скажу?
– Не знаю! Придумай что-нибудь. Скажи, что клиент не хочет расплачиваться. Только без фокусов! – он передал трубку заложнице и снова приставил нож к ее горлу.
– Алло! Алло! Нужна твоя помощь. Клиент не хочет расплачиваться. 4 этаж, 21 квартира…
Капио снова залепил ей рот скотчем, затем повернул ключ в дверях, выключил свет в прихожей и притаился за углом. Светильник, отсвечивая из дальней комнаты, переливался алым светом на лезвии его ножа. Ждать пришлось недолго. Послышались шаги на лестничной площадке. Его сердце заколотилось, он стиснул зубы, дикая гримаса, инстинктивно выступившая на его лице, говорила о том, что внутри него проснулся зверь, готовый сражаться не на жизнь, а на смерть. Дверь открылась, внутрь вошла тощая фигура и сделав пару шагов, остановилась в середине прихожей.
– Где он?! Нерайда?
– Осторожно, у него нож! – донесся ее глухой крик из закрытой ванной.
В эту секунду Капио набросился на него сзади и со всей силы вонзил нож в спину. Клинок пришелся прямо под лопатку и застрял. Худощавое тело со страшным воплем опустилось на колени, потом ничком упало и распласталось на полу. Капио в эту секунду на удивление был как никогда хладнокровен. Первым же делом закрыв на ключ входную дверь, он заклеил скотчем рот Жвачки. Осознавая полную власть над раненой «добычей», почуяв кровь, он пришел в неистовство. Медленно поворачивая торчащий нож в стороны, под мучительные мычания поверженного, он смаковал свою победу над ним. В это время за дверью в ванной не переставали всхлипывания. Капио вспомнив про Нерайду и страшно разозлившись на нее, зашел к ней. Она каким-то образом сумела высвободиться и отклеить кляп. Увидев его окровавленного, она завизжала от страха.
– Тихо! Закрой рот я сказал!
– Не убивай меня!
– Ты! Ты меня чуть не угробила! Зачем ты сделала это?! Зачем?! Я ведь не хотел тебя трогать, я ведь обещал тебе!
– Я не хотела, прости!
– Не верю ни одному твоему слову, жалкая сука!
– Не убивай меня! На помощь! На помощь! – неистово закричала Нерайда.
– Заткнись! Я поверил тебе, но ты полностью оправдала свое призвание продажной шкуры!
– На помощь! Помогите! – продолжала она кричать в истерике.
Капио был в ярости. Он зажал ладонью ее рот, чтобы заставить замолчать, но стоило ему отпустить, ее голос взрывался снова. Убийство проститутки совсем не входило в его планы, но теперь он понимал, что из-за нее все может пойти под откос. Нерайда была жертвой обстоятельств, случайной приманкой, частью шахматной партии, но «игра» вышла из-под контроля. «Я правда не хотел, видит Гоб, не хотел, не по своей воле я это делаю…» – оправдывал себя Капио понимая, что уже не может отпустить ее. Ему было жаль ее, но он не мог позволить ей все испортить. Его рука продолжала душить ее до тех пор, пока она не умолкла, ее отяжелевшая голова упала на грудь. Капио с ужасом смотрел на свою нечаянную жертву. Но при этом оставался рациональным до мозга костей. Помешкав совсем недолго возле ее бездыханного тела, он вернулся к Жвачке. И если в случае с Нерайдой он чувствовал жалость и сострадание, то к этому он питал абсолютную ненависть, превращаясь в жестокого и беспощадного истязателя. Под отчаянные стоны он приподнял его за волосы и отлепил кляп.
– Где он? Где он?!
– Кто?
– Васкис, где он?