В этот момент голос Васкиса заглушил рев локомотива, и послышались нарастающие стуки железнодорожного состава. Капио невольно оглянулся в сторону города, вдруг вспомнив, что по пути сюда он проезжал железную дорогу. «Неужели он знает, где я? Но как? Никаких хвостов ведь не было… Нет! Телефон! Через него вычислив, он преследовал меня, и сейчас просто забалтывает, чтобы я оставался на месте!» – пришел он к выводу. Капио точно не помнил, как далеко он уехал от железной дороги, но по ощущениям казалось – не больше 5 километров, итак, вероятно, 10-15 минут езды. Медлить было нельзя. Васкис сказал, что догадывается, кто он, но, скорее всего, блефовал и тянул время. В любом случае, он не должен оставлять свидетеля, он должен убедиться, что Жвачка мертв. А что, если тот все еще жив? Если это так, то человек Васкиса должен умереть на все сто процентов. Закончить с ним? Еще несколько часов назад Капио был уверен, что доведет дело до конца, не моргнув глазом. Теперь же, когда этот момент наступил, он замешкался. На чаше весов стояли дети Жвачки, разочарование Рема, убийство Нерайды, внутренний голос, требующий остановиться, но, с другой стороны, была несчастная Тима, мир, в котором царило беззаконие, созданное руками подобных этому чудовищу, и так далее. И самое главное, что стояло выше всего мира – его Эллиан. «Пусть уж его дети станут сиротами, потеряв такого отца, чем я потеряю своего сына», – принял окончательное решение Капио. Он вынул нож из тела и нанес еще несколько ударов по издыхающему Жвачке, вытер кровь с лезвия и спрятал орудие у себя. Затем он разбил его телефон вдребезги. Но этого было недостаточно. В панике, в состоянии аффекта, он сорвал одежду с трупа, открутил топливный бак. Огонь пополз по окровавленной тряпке, и Капио побежал, прокладывая путь сквозь высокую траву. Прозвучал взвыв, горячая волна ударила в спину и прошла дальше, оставляя после себя блеск всполошенного ковыля. Он оглянулся назад, автомобиль заполыхал гигантским факелом, испуская черный столб дыма. На горизонте автострады появились две точки, двигающиеся к нему на огромной скорости. С другой стороны, за широким полем возвышались кустарниковые холмы – его единственная надежда.
Прошло более двух суток, как он, измученный и голодный, скитался и прятался среди зарослей, словно зверь, который вынужден бороться за свою жизнь. Сначала в нем говорил простой животный страх. Но это было далеко не самое тяжкое испытание, которое он переживал. Боязнь за Эль и Эллиана была куда более невыносимой. Пока в его телефоне ещё оставалась немного заряда, он пытался связаться с Эль, но она не брала трубку. Однако его успокоило всего одно текстовое сообщение: «Я больше не хочу тебя видеть и даже слышать». Само сообщение было неутешительным, но факт такого ответа уже был успокаивающим. Это говорило о том, что с ней все в порядке.
Тем не менее, он не мог недооценивать угрозу. Если Васкис ещё не догадался, кто покушался на него, он наверняка использует все свои ресурсы, чтобы вычислить его. Капио задумывался, что же ему делать в этой сложной ситуации. Его последняя надежда была на крупную сумму денег, которая позволила бы ему сбежать в другой город или даже страну, обеспечив беззаботную жизнь своей семьи. Но эти планы обрушились из-за неожиданной позиции Рема. В данной ситуации деньги, а точнее, большие деньги, могли решить все проблемы, но кроме одной – его личной внутренней борьбы…