В школе меня сторонились. Никто не подходил ко мне, а кто-то даже незаметно толкнул. Мне было все равно, кто это сделал. Обидно было то, что снова продолжается одно и то же. Хоть я и привык ко всему этому, но сегодня все было иначе. Мне было сложно принять отношение школы ко мне. Это казалось настоящим испытанием, которое я вряд ли смогу когда-то преодолеть.
Издеваясь надо мной, они тешат свое самолюбие, считая себя сильными. Пусть это будет так. Пусть глупые почувствуют хоть какое-то отличие, хоть что-то, что сделает их сильнее. Тупицы. Иных слов у меня нет.
Один из моих одноклассников ударил меня кулаком прямо по лицу, назвав
По губам быстро побежала кровь. Нос точно был сломан в этот раз. Но громила не остановился, свалив меня на пол. Их многочисленные удары ногами кололи мое слабое тело. Я не мог сопротивляться. Я просто закрывал лицо руками, чтобы они не навредили больше, чем нужно. А если ли мера моим унижениям и побоям? Сам не знаю. Но зачем-то я решил, что она есть. Верно, так решают только слабаки, не способные дать отпор.
− Проклятый, − слышал я сквозь крики, − это из-за тебя девчонка умерла. С тобой и твоим папашей никто не сможет и дня продержаться.
Люси… Они затронули меня слишком глубоко. Люси и вправду умерла из-за меня?
− А ну хватит вам! – раздался громкий голос директора. − Я кому сказал? Расходитесь по своим классам!
Все разбежались по сторонам, исчезнув за дверями кабинетов. Тело ломило от несносной боли. Прозвенел звонок, но впервые я не торопился, не боялся опоздать на урок. Впервые мне было все равно, что обо мне подумают.
Директор помог мне встать, а после осмотрел мое лицо, неодобрительно покачав головой. Он не любил даже малейший вид крови, но сталкивался с нею слишком часто, поэтому уже практически начал привыкать.
− Отто, можешь идти? Давай, я помогу. Сегодня занятий у тебя точно не будет.
− Вот не знаю, что сказать отцу. Я же говорил ему, что сегодня не хочу идти в школу.
− Я хочу поговорить с тобой насчет этого. Идем в мой кабинет. Я как раз сейчас свободен.
В кабинете у директора было тихо и прохладно. Запах кофе витал в каждом сантиметре пространства. Усадив меня у стола и быстро разобравшись с моим поломанным носом, он сел за свой рабочий стол, на котором в идеальном порядке лежали документы. Я был готов услышать все, что угодно, кроме нравоучений, которых мне хватало от отца.
− Отто, и часто ли ты подвергаешь такому отношению со стороны одноклассников?
В этот раз я не стал скрывать правду. Вот уже несколько лет я молчу о ней, как будто пытаясь сохранить покой своих обидчиков. Страшно признавать, но я уже давно к этому привык. И только сейчас это меня не на шутку пугает.
− Каждый день. Но если мне повезет, они не трогают меня. Зачем Вам это, директор? Остальные учителя ведь даже внимания на это не обращают.
− Тебя больше и пальцем никто не тронет. В это можешь смело поверить. Хосе знает? Или ты скрываешь это даже от него?
− Скрывал. Но он всегда догадывался. Сегодня же скрыть не смогу. А жаль. Не хочу, чтобы он беспокоился.
− Он будет беспокоиться всегда, ведь это твой отец, и беспокойство это в порядке нормы. Но почему ты даешь хулиганам полную свободу? Они могут легко убить тебя. Понимаешь? Отто, так в чем причина твоего страшного послушания?
Когда он задал мне этот вопрос, в мыслях всплыли слова Люси. Недавно она спрашивала меня о том же. И кто бы знал, что этот вопрос в иной раз вернется ко мне, чтобы зажечь спичку рядом с разлитым бензином.
− Я не знаю. Не могу дать отпор.
− А может, просто не хочешь? – От этих слов я вздрогнул, но не принять их не мог, ведь директор был абсолютно прав насчет этого, как бы мне ни хотелось внушать себе что-то другое, находя оправдание своей слабости.
− Вы предлагаете мне устроить драку в школе?
− Не совсем. Это ничего не решит, только усугубит ситуацию. Знаешь, Отто, иногда надо уметь постоять за себя, даже если придется ударить в ответ.
− Все же хотите, чтобы я стал причиной кулачных боев?!
− Один мощный удар в целях самозащиты еще никого не погубил, а тебя только спасет. Заставь обидчиков поверить, что ты не боишься их и можешь постоять за себя. Поверь, когда они поймут это, сразу потеряют интерес.
− Вы думаете?
− Я это знаю, к сожалению, по своему давнему опыту.
− Вас тоже избивали? − Почему-то в этот момент я искал поддержки от директора, которая могла бы мне помочь понять, что я не один такой неудачник в этом мире.
− Было дело, пока я не начал показывать свою силу и гордость. Мощные вещи, между прочим. Поэтому возьми себя в руки, будь готов ударить и просто выйти из угла. Это-то и привлекает в тебе хулиганов. Отто, пообещай ничего не скрывать от отца и перестать остальным унижать себя.
− Обещаю. По крайне мере, я попробую.
