Облом полностью

Каганович: Если члены Президиума хотят, чтобы я другие вопросы отложил.

Жуков: Скажи, почему ты 300 железнодорожников сплавил на тот свет?

Каганович: Вопрос, который поставлен, это вопрос политики.

Жуков: И уголовный.

Каганович: Его надо рассматривать не под углом зрения 1957 года, а под углом зрения 1937-1938 годов.

Жуков: Ты, брат, прямо отвечай: членов ЦК расстреливал, это что, враги наши?

Каганович: Я несу ответственность политическую.

Жуков: И уголовную.

Каганович обращается к Хрущёву: А Вы разве не подписывали бумаги по расстрелам по Украине?

Жуков: 300 человек железнодорожников.

(Там же. с. 67.)

Жуков гнул к тому, чтобы Каганович, который подписал списки на расстрел 300 железнодорожников, был привлечен к уголовной ответственности. Чтобы вместо кровавых палачей Молотова, Маленкова и Кагановича на вершине власти восседал хороший, добрый и справедливый Хрущёв. Между тем, «Никита Хрущёв, борец с культом личности Сталина, при нем возглавлявший Московскую городскую и областную организации ВКП(б), одним из первых региональных партийных секретарей обратился в Политбюро с просьбой санкционировать массовые аресты и последующие расстрелы или выселение “антисоветских по решению “троек”. В июльских (1937 г.) списках Хрущёва значилось более 41 тысячи человек» (Красная звезда. 17 мая 2003 г.).

Хитрый Хрущёв, получив должность Первого секретаря ЦК КПСС, еще в сентябре 1953 года позаботился о том, чтобы основательно затереть отпечатки следов своей кипучей деятельности в те времена, когда он был верным учеником и соратником великого Сталина. Но и после зачистки архивов удается кое-что обнаружить. Сегодня мы знаем наверняка, что в одной только Московской области в одном только июне 1937 года жертвами Хрущёва стали более 39 тысяч человек[11]. И был Никита не подневольным исполнителем, но восторженным инициатором чисток. Об этом Жуков не вспоминал.

Жуков принимал участие в заговоре против Сталина — иначе за пару недель до смерти Сталина его бы не вернули из уральской ссылки в Москву и сразу после смерти Сталина не поставили бы первым заместителем министра обороны.

Жуков принимал участие в заговоре против Берии и лично его арестовал.

Жуков в июне 1957 года возглавил заговор против коллективного руководства страной и Коммунистической партией, против большинства в Президиуме ЦК КПСС.

Защитники Жукова доказывают, что уж против Хрущёва Жуков точно ничего не замышлял, да и не мог замышлять.

А мы спорить не будем. А мы поверим.

Но в таком случае Жуков — подлец. Жуков уличал Кагановича в том, что тот подписал списки на расстрел 300 железнодорожников, но защищал Хрущёва, который подписал списки на расстрел и тюремные сроки без суда на десятки тысяч людей.

В своей речи, которая задавала тон всему пленуму Центрального Комитета, Жуков заявил:

Нужно сказать, что виноваты и другие товарищи бывшие члены Политбюро. Я полагаю, товарищи, что вы знаете, о ком идет речь, но вы знаете, что эти товарищи своей честной работой, прямотой заслужили, чтобы им доверял Центральный Комитет партии, вся наша партия, и я уверен, что мы их будем впредь за их прямоту, чистосердечные признания признавать руководителями (Молотов, Маленков, Каганович. 1957. Стенограмма июньского пленума ЦК КПСС и другие документы. с. 41).

Пленум ответил бурными аплодисментами. А Жуков предложил этим не названным по именам «другим товарищам» покаяться:

Здесь, на пленуме, не тая, они должны сказать всё, а потом мы посмотрим, что с ними делать.