– Я уже иду домой. Просто хотел тебе сообщить, что твой сеанс прошел без каких бы то ни было событий. Хотя, возможно, тебе нужно проверить ситуацию с Шоном и его лекарствами. По-моему, он их не принял. Или вообще не принимает.
– Хорошо. Спасибо, Дэвид. – Я машу ему рукой на прощание, он закрывает дверь, и я возвращаюсь к папке Джули.
Я выуживаю ее резюме и проглядываю информацию, выделенную жирным шрифтом. Адрес – Верхний Ист-Сайд, высокий этаж, почтовый индекс 10021. Ну, естественно. Она решила указать в резюме свой средний балл в магистратуре! Господи боже, какой поцелуй в задницу. Она окончила колледж, когда я уже защищала диссертацию. Ей всего двадцать восемь лет. Ученая степень, работает в «Туфлосе» в течение двух лет. Три ее предыдущих места работы – реабилитационные центры. Ни на одной она не задержалась дольше чем на шесть месяцев. Я вижу копии двух характеристик. Первая была написана после полугодовой практики, вторая – год спустя. Все выглядит довольно прилично; по всем параметрам Джули получила в основном три или четыре балла по пятибалльной шкале. Но меня куда больше интересует раздел «Комментарии».
«Не хватает профессионализма в общении с пациентами.
Неуместное использование объятий и других видов физического контакта.
Чрезмерно энергична, настолько, что это отвлекает от дела.
Использует термины, не относящиеся к медицине, в медицинской документации.
Извлекает для себя пользу, наблюдая за тем, как другие члены медперсонала проводят групповые психотерапевтические сеансы.
Примечание: Пожалуйста, не используйте символы в виде улыбающихся лиц ни в какой медицинской документации».
Общее заключение ДПЗ гласит: ничего, что следовало бы принять во внимание. Как и все в ней. Ничего примечательного, никакой патологии, кроме способности патологически раздражать окружающих. Заключение по результатам собеседования сообщает, что, возможно, бодро-кипучей Джули не очень подходит работа в данной области, и тем не менее она «пригодна к выполнению текущих обязанностей». Может, стоит взять толстенный черный маркер и изменить это заключение? Под конец я нахожу еще одну драгоценную золотую крупинку:
«Ось 1. Диагноз: Нет (справиться с повышенной тревожностью)
Ось 2. Диагноз: Нет (отвечает в возвышенном, чересчур драматизированном стиле)».
Психиатры считают, что у нее повышенный уровень тревожности и склонность к истерии. Фрейд бы с ума сошел от радости от такого дерьма. Я отбрасываю папку Джули в сторону и продолжаю рыться в заключениях прочих моих коллег, делая при этом некоторые заметки на случай, если нападу на что-то интересное. Но Трэвис и доктор Брукс выполнили свою работу на редкость формально и профессионально. Время от времени, читая чей-то файл, я натыкаюсь на упоминание о каком-либо незначительном недостатке или неуместной для дела черте характера, но пока еще никто не был признан «неподходящим».
Перед тем как приступить к папке Гэри, я выскакиваю в лаунж для персонала за очередной чашкой кофе и упаковкой арахисовых М&M’s. Гэри – последний из магистров; потом я перейду к психиатрам, а потом к двум докторам: это Дэвид и я.
Я пробегаю глазами резюме Гэри, места, где он работал, и характеристики. В основном оценки три балла. Средненько. Ничего особенного. Я открываю результаты тестов и интервью-собеседований, и вот это уже кое-что.
