Я уже знала, в какую сторону нужно идти. Дойдя до знакомого угла, я приготовилась увидеть забросанную цветным мусором городскую площадь. Ночные съемки закончились поздно, и вряд ли кто-то стал убирать за собой. Наверное, оставили уборку на сегодня.
Однако я здорово ошиблась. Площадь была совершенно пустой и абсолютно чистой. Словно и не было здесь вчера ни смеющихся людей, ни корзин с яблоками, ни костров. Зато теперь я четко увидела, что те самые дома, которые я достаточно плохо рассмотрела, действительно мало напоминали средневековые. И магазины тут тоже были!
Три штуки. Две синие вывески с названием «Продукты» и одна, поквадратнее, с пляшущими пузатыми буквами, сообщающими, что здесь тебя накормят и что-нибудь тебе нальют. Называлось заведение «Та самая кафешка».
Пересекая площадь, я вертела головой во все стороны. Хотелось сориентироваться на местности, чтобы не чувствовать себя заблудшей душой. Под ногами была самая настоящая брусчатка, отчего идти было неудобно – кроссовки то и дело оскальзывались на округлых камнях. «Неужто старинная? – задумалась я. – Да нет, не дожила бы. И как тут только ходят? Скользко же. Хотя если здесь постоянно что-то снимают, то камни просто обязаны быть отполированными. Не, не мое. Лучше бы асфальт».
Асфальт, гудки за окном, шум подъезжающих автобусов, человеческие голоса, ароматы гари, которые ощущались особенно сильно в жаркие дни, облака смога, от которых было не избавиться многие годы, очереди, толпы в метро, небоскребы, вереницы автомобилей, полные торговые залы в магазинах торговых центров – вот где я должна была провести отпуск, хоть и не всегда была в восторге от мегаполиса. Иногда тянуло упасть в стог сена, промычать в ответ корове, гуляющей по пастбищу, полной грудью вдохнуть свежайший воздух с привкусом навоза, радостно прошлепать босыми ногами по грязи размытых дождями сельских дорог, а вечером помыться в тазике, поливая себя из пластикового ковшика. Вот так примерно у меня в голове виделась сельская жизнь. Так я думала когда-то. До некоторого времени. Но потом в сознании произошла полная перестройка. Мне посчастливилось побывать в гостях, опять же в области, и я призналась самой себе, что сильно недооценивала удобство проживания на природе. В гости меня пригласили знакомые, и их избушка выглядела очаровательно. Мне выделили отдельную комнату с отдельной ванной комнатой и унитазом ярко-красного цвета, по утрам я получала кофе из кофемашины, днем мы купались в речке или лазили по лесу, а томными вечерами прогуливались по отлично заасфальтированной дорожке. В двадцати минутах езды располагался торговый центр, где можно было купить все, что угодно. Не то чтобы я никогда не видела подобных удобств или была уверена, что они доступны только знаменитым и богатым, – вовсе нет. Просто до этого на слух воспринимала слово «дача» как нечто соломенно-ягодное, что больше по душе людям особого склада характера, готовым и снег лопатой чистить, и дрова колоть. Я такой себя никогда не считала.
С тех пор каждое приглашение посетить частный дом я принимала с опаской: а вдруг он не оправдает моих ожиданий и окажется хуже? Не теремом, а бобриной хаткой с протекающей крышей?
Я практически дошла до одного из домов, между которыми виднелись проходы, видимо, во дворы или какие-нибудь огороды, когда из дверей кафе вышла блондинистая женщина средних лет в длинном форменном фартуке. И вышла она именно мне навстречу. Увидев ее напряженный взгляд, я сразу поняла, что дело нечисто. Меня тут не ждали. Тем не менее я двигалась вперед, правда уже не так уверенно.
– Опоздали? – спросила женщина, не дожидаясь, пока я подойду ближе.
– Куда? – не поняла я.
– Так ваши уехали полчаса назад.
Я остановилась в полном смятении. Уехали. Без меня. Какой ужас. Куда же я теперь? Самое интересное, что я восприняла известие на полном серьезе, хоть мало понимала суть происходящего, но масштаб трагедии поражал.
– Подождите, – решительно заявила женщина. – Я сейчас Федьку позову. Он все равно в ту сторону едет.
Я машинально обернулась и взглянула на дом, откуда только что вышла. Заодно заметила, что на внешней стороне ограды написано слово из трех букв.
Женщина скрылась внутри. Я потянула дверь на себя и зашла следом.
Изнутри кафе выглядело очень симпатично. Тот, кто занимался интерьером, устроил здесь аналог американской забегаловки: это когда посетители сидят друг напротив друга за одним столиком, а каждый столик установлен возле окна. Стойка с пирогами под стеклянными колпаками тоже присутствовала, а с потолка спускались полукруглые белые плафоны на длинных шнурах. Обстановка полностью повторяла нью-йоркские забегаловки, в которых подают томатный суп, тыквенные пироги и яйца с беконом на завтрак.
Женщина быстрым шагом зашла за стойку и крикнула прямо в стену:
– Федя! Федя! Не уезжай, слышишь?..
За стенкой что-то загремело и тут же стихло.
– Ниче, ниче, – повернулась ко мне женщина. – Услышал, сейчас придет. Захватит вас. Он как раз к монастырю поедет.
– Мне не нужно туда, – уперлась я.
