– Простите, что опоздал. – Черт возьми, это так неловко! Особенно когда я поднимаю руку и машу, как гребаный придурок. – Я Исайя. Кеннеди – моя… – Мои слова неуверенно обрываются.
– Жена, – заканчивает она.
Кэлвин закатывает глаза.
Кенни делает ко мне шаг и прижимается бедром.
«Молодец, девочка. Вот так».
Я снова беру ее за руку.
– Исайя, это моя мама Дженнифер. Отец Дина – Генри. Моя сводная сестра Мэллори и ее… – Она колеблется. – Ее жених Коннор.
Теперь на лице Мэллори тоже эта дурацкая ухмылка.
– Мистер и миссис Смит – деловые партнеры Генри. И, наконец… – Она поворачивается к другому концу стола. – Дина ты знаешь.
Да, Дина я знаю. Этот идиот сидит в одиночестве и опрокидывает в себя рюмку с янтарной жидкостью. Верхние пуговицы его рубашки расстегнуты. Ноги вытянуты, как будто ему абсолютно безразлично, что он здесь.
Никто не встает. Никто не здоровается. Они просто кивают в знак приветствия, прежде чем вернуться к своей прерванной беседе. Сегодня вечером Кеннеди сообщила, что она замужем, но, похоже, всем на это наплевать.
Ну, кроме Коннора, который, как я замечаю, наблюдает за нами краем глаза, пока мы занимаем свои места. Поэтому я не забываю запечатлеть целомудренный поцелуй на тыльной стороне веснушчатой ладони Кеннеди, прежде чем ее отпустить.
Его челюсть дергается. Шик.
О, как это будет весело.
На другом конце стола продолжается беседа. Что-то насчет отелей, расширения и франчайзинга. Мне не требуется много времени, чтобы понять: семья Кеннеди владеет известной сетью отелей, в одном из которых я неоднократно останавливался. Теперь все эти нули, перечисленные в нашем брачном договоре, обретают смысл.
Генри постоянно втягивает Коннора в разговор. Они на пару умасливают Смитов. Очевидно, пытаются купить гостиницу в центре города, которой те владеют, и превратить ее в многоэтажку.
Мистер Смит, похоже, не готов принять решение, поэтому Коннор заказывает бутылку красного вина стоимостью две тысячи долларов.
Дин заказывает еще одну порцию неразбавленного односолодового «Макаллана» [22] и выпивает залпом, как будто это «Джек» или «Джим» [23], а не шотландский виски, который стоит тысячу семьсот долларов за бутылку.
– Что? – спрашивает он, заметив мой взгляд. – Хочешь виски или еще чего-нибудь?
– Это выпивка за двести долларов.
– Триста, но платит папа, так что заказывай.
Генри бросает на Дина неодобрительный взгляд. Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы понять, что они не ладят.
Дин всегда издевался, что у меня нет семьи, но даже один Кай в миллион раз лучше, если вы, мать вашу, называете семьей собравшуюся в этой комнате компанию.
– Давай, Родез. Это произведет впечатление на его клиентов. Покажи им, что он может позволить себе сорить деньгами.
– Дин, – одергивает его Дженнифер с другого конца стола. Затем она без всякой причины бросает такой же злобный взгляд в сторону Кеннеди, как будто молча напоминая им обоим, что они – сплошное разочарование для всей семьи.
Но один из них, черт возьми, врач, а другой – профессиональный бейсболист, что только подтверждает привелегированность этой семейки! Однако те, кто не занимается семейным бизнесом и не вносит свой вклад благодаря выгодному браку, похоже, для нее не важны.
– Не стоит, – тихо говорю я Дину, прежде чем посмотреть на рыжеволосую девушку рядом со мной: ей явно некомфортно.
Больше никто не разговаривает ни с ней, ни с ее сводным братом. С Дином все понятно, он – полный отстой, но Кеннеди… Я не могу представить, как можно не уделять ей внимание.
Она чинно сидит рядом со мной. Внимательно прислушиваясь к разговору на случай, если понадобится поддержать беседу. Идеальная дочь. Она кивает и улыбается, но ее никто не замечает.
Мэллори, я думаю, тоже. И Коннор. Иначе с чего бы им вдруг браться за руки, как будто захотелось устроить шоу и продемонстрировать, чего она лишилась?
На тарелке передо мной оказывается самое маленькое блюдо, которое я когда-либо видел, и я замечаю, что Кеннеди наблюдает за парочкой через стол. При этом она незаметно бросает взгляд на сводную сестру, следя за тем, как пальцы Мэллори играют с кончиками волос Коннора. Тот поворачивается и шепчет что-то ей на ухо, а она наигранно смеется в ответ. Он вверх и вниз водит ладонью по ее ноге.
Взгляд Кеннеди полон…
Я не могу себе представить, что, когда Кеннеди была в стельку пьяна и просила меня на ней жениться, она задумывалась об этой нынешней реальности – о том, что будет вынуждена сидеть рядом со мной и смотреть на Коннора и Мэллори.
Кеннеди наклоняется, чтобы взять кусочек со своей тарелки, и я наблюдаю, как Коннор через стол оглядывает ее платье. Мэллори не обращает внимания на то, что ее жених пялится на свою бывшую, но я, черт возьми, определенно это замечаю. Кровь мгновенно закипает в венах.
Он не должен сидеть здесь и устраивать публичное шоу со своей новой невестой, продолжая пялиться на бывшую. Особенно если его бывшая невеста – моя жена.
– Кенни, – шепчу я.
