Хозяин пробыл в Иннмэн-Пике два дня. Он встречался с горожанами, говорил с ними о посевах, распределении продуктов и в сотнях других вещей, в которых Лизбет ничего не понимала, впрочем, как и Даскин, который почти все время проводил в её обществе. Он ничего не говорил, но девочка чувствовала, что симпатична ему. И его отец, как и её, исчез, когда Даскин был совсем маленький, и Лизбет хорошо знала, какой болью наполнено его сердце. Он играл с ней, как терпеливый двоюродный брат, носил на руках по лужайкам, кружил, а она радостно смеялась, слушал, как она пересказывает истории из любимых книжек, и танцевал с ней в гостиной, хотя Лизбет ростом едва доставала ему до груди. И если прежде она влюбилась в него за его золотистые волосы и голубые глаза, то теперь просто обожала его за то внимание, которое он ей оказывал.
А Сара во время визита Хозяина вела себя странно. Она то хмурилась, то смеялась, то и дело поглядывала на себя в зеркало, постоянно оставалась недовольна собственным отражением и то морщила нос, то надувала губы, то поправляла волосы. У Сары было всего пять платьев, но два дня по утрам она трижды мерила то одно, то другое, пока выбирала, какое же надеть, а туфли перемерила двенадцать раз (на второй день Лизбет нарочно посчитала). Сара то и дело говорила о том, что Хозяин сказал или сделал, о том, как он выглядит, когда суров, о том, какая у него улыбка, о его Мече-Молнии, о печали в его глазах, о том, как его, похоже, все любят.
— А я-то думала, что тебе он совсем не понравился, — заметила Лизбет.
— Но я имею полное право изменить своё мнение о нем. Это свойственно женщинам. Он совсем не такой, как я думала. Он на самом деле приехал, чтобы помочь нам.
Под вечер на второй день, когда Даскин и Енох ещё не вернулись из кратера, а граф вёл переговоры насчёт продажи гусиных перьев с купцами из Вествинга, Лизбет сидела на веранде вместе с Сарой, а лорд Андерсон расхаживал по веранде туда и обратно и пристально разглядывал облупившуюся штукатурку. Он был без плаща, без меча и без шляпы, но вид и у него самого, и у Сары был неловкий. Они говорили о том, как быстро тускнеет краска, о погоде, о графе, о том, что мистер Хоуп своими расследованиями не сумел определить, что именно было похищено из кратера, и все это время Хозяин мерил шагами веранду, словно полководец место предстоящей битвы, хотя смотреть тут было положительно не на что, кроме пары малиновок, которые вили гнёздышко на собирающейся вот-вот зацвести яблоне.
— Почему все так нервничают? — спросила Лизбет, лаская Руна, щенка бигля..
— А с чего ты взяла, что кто-то нервничает? — спросил лорд Андерсон, резко остановившись.
— Вы все время ходите.
— Лизбет, необдуманное поведение ведёт к беспорядку в мыслях, — заметила Сара. — Лорд Андерсон весь день просидел в Совете. Нужно же ему размяться.
— Как коню, застоявшемуся в стойле? — осведомилась Лизбет.
Хозяин быстро сел на каменный бортик балюстрады, ограждавшей веранду.
— Не слишком симпатичное сравнение. Может быть, я просто слишком стар для того, чтобы сидеть смирно, а не то окостенею.
— Скорее всего и то, и другое, — отозвалась Сара. —
Лорд Андерсон в притворной беспомощности поднял руки.
— Хватит! Сдаюсь! Образованностью мне с вами не сравниться. Я знаю одно: за последние три недели я сидел на месте столько, сколько никогда в жизни не сидел. Белому Кругу анархисты успели так навредить, и всюду нужна моя помощь. Все те годы, пока Хозяином был мой отец, я и не подозревал, какая на нем лежит ответственность. Я не жалуюсь, моя жизнь представляет собой удивительное приключение, но это сопряжено с огромной затратой сил.
— Неужели весь Дом настолько же пострадал, как Иннмэн-Пик? — спросила Сара.
— Некоторые части остались нетронутыми. Другие, как Вет, целиком уничтожены пожаром. В Фиффинге царствует анархия. Там то и дело сменяются лидеры, которые во всем обвиняют друг друга, сердца тамошних жителей отравлены жёлчью, пролитой Полицейским. Северный Левинг, некогда прекрасная страна, полная рек и зелёных полей, лежит в руинах, её жители превратились в беженцев. Не знаю, сможет ли там когда-либо кто-то жить. Иннмэн-Пик оправится быстрее этих стран. У ваших людей стойкие сердца.
— А я думала, что глупее нас глупцов не сыщешь. Лорд Андерсон рассмеялся.
— Нет. Вы просто были обмануты. Мы все делали ошибки, и я больше других.
— Но вы великий человек, — сказала Сара. Он снова рассмеялся.
— По положению — да. Я не стану выказывать ложную скромность, ведь Дом выбрал меня. Но Эвенмер смиряет своих Хозяев.
— Сам Дом?
Картер пожал плечами.
