— Тонко подмечено, — похвалил друга Грегори. — Но вот только дожди идут куда как чаще, чем мёртвые воскресают. — Он хлопнул друга по плечу. — Редко ли мы вели такие разговоры, кузен? Сколько ангелов уместятся на острие иглы? Если настоящее — это всего лишь текущее время, если прошлого и будущего не существует, потому что первое уже миновало, а второе ещё не наступило, как мы можем говорить: «давным-давно» или «в далёком будущем». Какова природа Вселенной и суть возраста человека? О чем мы только с тобой не спорили?
Даскин хмыкнул. Раздражение как рукой сняло.
— Когда нам было по двадцать, мы были хуже. Вспомнить только, как мы спорили ночи напролёт в Эйлириуме, в Арворкор-колледже — ты, я, Девин и Вестон, уверенные в том, что знаем ответы на все вопросы на свете. Тогда мы были просто-напросто напыщенными умниками.
— Нас так учили, — возразил Грегори. — Помнишь профессора Беллгроува?
— Старого льва? Мы над ним подсмеивались. Все в университете потешались над ним.
— Но при этом мы его обожали.
— Ты обожал, это точно. Если он и не был анархистом, то их философию он знал получше их самих. Но спорить он не умел. Он был тем запалом, который разжигал нас и сподвигал на споры до утра.
— Ты знаешь, что он умер? — спросил Грегори.
— Вот как? Нет, я не знал. А когда это случилось?
— Я думал, ты слышал. Он был анархистом, и его убил твой брат во время ночной потасовки в Кидине.
Даскин резко остановился и схватил Грегори за руку.
— Ты шутишь
— Нет. Беллгроув не просто изучал философию анархистов. Он был одним из них.
Даскину показалось, что земля уходит у него из-под ног.
— Он на самом деле был анархистом? Да, конечно, он всегда сочувствовал их убеждениям, но я никогда не воспринимал его высказываний всерьёз. Я понятия не имел…
— Немногие знали об этом. Я был одним из немногих. Он как-то раз при мне проговорился.
— Но ты мне никогда не рассказывал!
— Он взял с меня слово молчать.
— И ты хранил клятву? Анархист преподавал в Арворкоре! Да ведь ты должен был непременно известить об этом власти!
— Я дал слово.
Даскин отвернулся, и друзья продолжили путь.
— Весь мир — вверх тормашками. Старый чудак Беллгроув погиб в Кидине, под покровом ночи, от руки моего брата! Какая глупая и печальная смерть для такого мудрого человека…
Потом они долго шли молча. В голове Даскина метались тысячи мыслей. Он казался самому себе наивным глупцом. Верно, он не знал Беллгроува близко — он знал его ровно настолько, насколько знают студенты любимых преподавателей, воспринимая их отстраненно, внешне. Но Даскина всегда восхищали могучий баритон профессора, львиная грива его волос, его взгляд — воплощённые мудрость и уверенность. И Картер был вынужден его убить…
Без происшествий друзья добрались до отрезка ущелья, располагавшегося позади Обманного Дома, и взобрались по склону вверх. Перед ними стоял Дом — огромный, пугающий, резкий и странный, раскинувшийся в обе стороны по равнине. Даскин поёжился.
— Видишь хоть одного часового? — прошептал он.
— Ни души, — отозвался Грегори. — Странно, правда?
— Да нет, если этот Дом сам себя охраняет. Архитектура непонятная какая-то, ни одной двери не могу разглядеть.
В этот момент из-за угла выбежал Пёс-Хаос. Он хищно принюхался, царапая когтями камни, подвывая и скуля. Пробежал в одну сторону, в другую, развернулся к ущелью, где затаились друзья, но тут же отвернулся и исчез за углом. По непрерывному вою было нетрудно проследить за тем, куда он направился.
До Дома Даскин и Грегори добирались, наверное, целую вечность. Даскин чувствовал, как бешено колотится его сердце в такт с топающими по камням подмётками. Держа наготове пистолеты, друзья подбежали к Дому. Как и Картер, они не смогли отыскать двери. Вскоре вой страшного пса послышался совсем близко, и Даскин от страха затаил дыхание. Друзья в отчаянии искали вход, внезапно Грегори остановился возле одного из камней кладки, тронул его рукой и проговорил:
— А это что такое?
Раздался еле слышный щелчок, и часть каменной кладки выехала вперёд, открыв перед друзьями потайной вход.
— Отличная работа, — прошептал Даскин и одобрительно похлопал Грегори по спине.
Они нырнули в потайной вход и оказались в просторной комнате. Вой Пса-Хаоса слышался уже совсем рядом, и друзья принялись в отчаянии искать механизм, с помощью которого можно было бы поскорее закрыть отверстие в стене. На счастье, Даскину удалось отыскать рычаг, и хотя тот почти целиком проржавел, фальшивая кладка послушно встала на место, и друзья оказались в абсолютной темноте.
Когда на отряд с тыла напал Пёс-Хаос, Филлип Крейн решил, что им с Макмертри очень повезло: они в этот момент находились ближе к первому ряду гвардейцев. Несколько воинов Белого Круга были мгновенно убиты жутким чудовищем. Поскольку оба архитектора опытными бойцами не были, они тут же обратились в бегство и вскоре уже были далеко впереди и чуть справа от отряда. Они слышали, как рычит разбушевавшийся зверь, как кричат погибающие люди, но вот на миг наступила тишина.
Мистер Крейн отважился оглянуться через плечо.
