– Второе – это… внешний вид Анса и его физиология. Он не может дышать нашим воздухом, и он потерял сознание в суде, когда его лишили баллона. Врачи подтвердили, что он был без сознания, но это спорный пункт, он мог убедить себя в своем бреде и реально отключиться.
– Так, это два, – Семеныч загнул средний палец.
– Следующее подтверждение – это объяснение мотива Анса спасти Никитку, ведь мальчик был гением, и Анс хотел, чтоб гений выжил для каких-нибудь свершений в будущем или для запуска цепочки развития новой технологии. Анс мне сказал, что знает о гениальности Никиты.
– Это три, – Семеныч загнул безымянный палец.
– Анс знает про наше расследование и про то, что я искал о нем информацию. Он сказал, что эту версию… исход они рассматривали еще до его прилета в наше время.
– Это четыре, – Семеныч загнул мизинец.
– Мне кажется, все, – сказал Коля.
– Хорошо. А в пользу того, что Анс сумасшедший, говорит, во-первых, здравый смысл, правильно? – Семеныч уставился на Колю.
– Да, – не отрываясь от дороги, кивнул Николай, – но мы сошлись на том, что пусть здравый смысл летит к чертям.
– Да, но теперь новые вводные появились. Второй и самый главный показатель того, что Анс псих, – это факт существования его родителей в нашем времени, – сказал Семеныч. – И подтверждений, что мы общались именно с его матерью, несколько: первое – мать Анса врач. Мария Сергеевна тоже врач. Второе – отец Анса в его бреде летал на Европу, муж Марии Сергеевны ездил в Европу. Третье то, что их ребенок пропал в детстве. Маленького Анса могли похитить. Дальше, возможно, с ним делали что-то, из-за чего у него поехала крыша, может, насиловали, может, еще что похуже.
– Согласен. Что дальше делаем?
– Даже если Анс псих, это не отменяет того факта, что соседка врет? – Семеныч вытащил откуда-то чекушку виски и открутил крышку.
– Откуда ты их берешь? – удивился Коля.
– Соседка врет, говорю, да? – Семеныч отхлебнул из горлышка, игнорируя вопрос Коли.
– Да. Я считаю так: Анс сумасшедший, которого подставили, чтобы свалить на него убийство Никитки. Сделала это соседка с подельниками. О подельниках и вообще о ее круге общения мы ничего не знаем.
– Или ее запугали и она дала ложные показания? – предположил Семеныч.
– Возможно.
– Надо мне с ней поговорить.
– Она не очень приветливая.
– Тебя она в лицо знает, а меня нет. Я могу представиться кем-нибудь из полиции.
– Ага, конечно, – с сарказмом произнес Коля, – придешь, просто скажешь, что ты полицейский, и начнешь расспрашивать. А документы?
– Мне надо показать ей какое-то удостоверение, так?
– Ну естественно.
– Я его быстро достану, она мельком глянет, и я тут же уберу документ в карман.
– Где ты возьмешь удостоверение полиции?
– Распечатаю какое-нибудь из интернета, вставлю в свою корочку от пропуска в больницу и фотку вклею свою. Печать поставлю больничную круглую, и все.
– Ты издеваешься? – смеясь, сказал Коля.
– Коля, к тебе когда-нибудь подходили полицейские?
– Бывало.
– Раз пять было за жизнь?
– Да, наверно, было.
– Сколько раз ты внимательно изучал их удостоверение, которым они тебе мельком тыкали в лицо?
– Не знаю… нисколько.
– Вот и я о том. Подошел, ткнул чем-то похожим на удостоверение ей в рожу, представился следователем и начал тут же вопросы задавать. Вот так я и сделаю.
– Семеныч, ты понимаешь, что это глупость?
– Почему?
– Я не знаю. Просто это глупость.
– Спорим, я смогу притвориться следователем и вытянуть из нее еще что-то полезное?
– Это подделка документов. Это противозаконно.
– А как она потом докажет, что я показывал ей удостоверение полиции? Если что, скажу, что ничего не показывал, просто представился врачом и она со мной беседовала.
– Семеныч, ты жуткий человек, оказывается.
– Почему?
– Ладно, я в хорошем смысле.
– Ну, так спорим, что я смогу так сделать? Допустим, на ящик пива.
– Нет, пожалуй, зная тебя, не хочу я проспорить.
– То-то же, – улыбаясь, сказал Семеныч и снова присосался к виски.
