– Слишком вкусно, будешь? – спросила Олеся, протягивая кусочек сушеного ананаса. – Надеюсь, что у меня нет на эту штуку аллергии. Иначе меня разнесет до гигантских размеров, и я умру. И все из-за кусочка ананаса.
– Да, давай, – он протянул ладонь. – И нет, у тебя нет аллергии. Точно не на эту штуку и на все другое в этом пакетике.
Она снова заговорила с ним первая, снова улыбнулась, и разрушать эту идиллию он не хотел. Боялся.
Бросив на нее любопытный взгляд, Эрик снова заметил, как та откидывала в сторону кусочки киви, маленькие квадратики. Эрик слегка нахмурился, задал ей вопрос, почему она не ест их. Надеялся, что Олеся попробовала сама и поняла, что это ей не нравится. Лучше уж так, нежели она что-то да вспомнила.
– Кто вообще придумал эту штуку? Она безумно противная, – она указала на кусочек киви в ладони. – Гадость. Никогда не понимала людей, которые так любят этот фрукт. Зеленый, мерзкий, а в свежем виде еще и скользкий. А эти зернышки? Застревают между зубов, словно маковые зерна! И ходишь потом, пытаешься их достать! Мерзко!
– Что-то ты да вспоминаешь, – засмеялся он, стараясь за улыбкой и легким смехом скрыть страх, что она вспомнила еще и что-то важное. Что-то, что разрушит их неплохую совместную жизнь, к которой Эрик уже привык.
– Это мелочи, – она снова отбросила в пустой пакетик кусочек киви.
– Но лучше, чем ничего.
– Вот вспомню все и узнаю, где ты меня обманывал, – от ее слов Эрик едва не поперхнулся орешком, пришлось подняться и сделать несколько глотков воды. Да и ту он едва мог проглотить. Слова Олеси были для него словно пощечиной. Эрик вдруг осознал, что этого-то он и боялся – ее воспоминаний. И если раньше это было для него чем-то далеким, то после того как она сама упомянула об этом, все стало более чем реальным.
– Олеся, я единственный, кто никогда тебя не обманет. Помни об этом и не забывай, хорошо? – Через какое-то время он все же вернулся в кровать.
Олеся ничего не ответила, неопределенно пожала плечами. Она вдруг сама задумалась, что рядом с ней может быть вовсе не тот, за кого себя так старательно выдавал Эрик. Ее страшила мысль, что так в итоге и могло получиться. Но сознание и здравый смысл кричали наперебой, что она себя накручивала и Эрику не было причин обманывать ее. Он ведь ее парень. Он ее любит.
– И вообще. За кого ты меня принимаешь? – Он навис сверху, вглядываясь в ее глаза.
– За моего парня? – тихо ответила она. Эрик никогда не был так близко к ней, если не считать тех моментов, когда они оба спали и не контролировали себя. Это Олесю вовсе не пугало, но внутри снова ничего не щелкало, лишь слегка перехватывало дыхание и замирало сердце. Скорее, от неожиданности, а не от возбуждения.
– Тогда меня не надо бояться, Олеся. Меня надо любить, а не бояться, – подумав, Эрик вытянул свободную руку, второй он упирался в подушку, рядом с головой Олеси. Взяв кусочек ананаса, любимого фрукта Олеси, он поднес его к ее губам.
Недолго думая и ничего не говоря, она раскрыла губы. Эрик лишь улыбнулся ее покорности. Положив фрукт в рот, он коснулся кончиком пальца ее мягких и таких манящих губ, после чего отстранился и лег рядом с ней. Эрик никак не прокомментировал свои действия, даже не посмотрел на Олесю больше. Да и сама Олеся не спешила показываться ему, давать понять, что на ее щеках снова появился заметный румянец, и все из-за этого простого и такого невинного жеста.
На секунду закрыв глаза, Олеся постаралась как можно скорее привести дыхание в порядок. Поднявшись, Олеся села на кровати, упираясь спиной в подушку. Эрик бросил на нее возмущенный взгляд, ведь ему так нравилось чувствовать тепло ее тела рядом со своим.
– Я ложусь, а ты встаешь, – он потер пальцем переносицу. – Неудобно!
– Мне лечь рядом?
– Как хочешь, – он убрал одну руку за голову и целенаправленно смотрел в телевизор, по которому вот уже около часа шел старый советский фильм, который когда-то Эрик смотрел вместе с бабушкой. Тогда он еще был не Эриком, носил обычное имя, которое ему так не нравилось. И вот с появлением в его жизни Олеси Эрик наконец стал тем, кем давно не был, – любимым мужчиной!
– Ты обиделся на меня? – проговорила она виновато и придвинулась ближе.
– Просто не понимаю. Тебе не нравится, когда я касаюсь тебя?
По сюжету высокопоставленный мужчина захотел взять в жены молодую студентку, а та явно противилась этому. И вот этот мужчина с черными усами выходил из комнаты с мокрой головой, но отступать точно не планировал. Вот и Эрик был таким. Он не отпустит от себя Олесю, даже если та будет уговаривать его сделать это, она теперь только его и ничья больше. Эрик не сможет отказаться от нее. Не после того как почувствовал ее рядом с собой.
– А часто ты обижался на меня раньше?
– Не слишком, – задумчиво пробормотал Эрик, не отводя от нее взгляда. Теперь Олеся лежала рядом с ним, они оба согнули ноги в коленях, и те слегка соприкасались. – Но порой ты бываешь невыносимой.
