С наступлением вечера Эрик снова вышел из машины. Накинул на голову капюшон, взял на руки Есению и понес в квартиру. На улице было мало людей, так что свидетелей почти не было. А те, что были, на Эрика и девушку на его руках не обращали внимания. В таких маленьких городках люди не привыкли к преступности. Поэтому даже какие-то намеки на нее пропускали всегда мимо глаз. И к тому же никто не видел ничего странного в том, что парень нес девушку на руках. Может, у нее сломана нога или она просто уснула? Парень выглядел в их глазах героем, а девушка – бедняжкой. Или же девушка перебрала лишнего. И в этом случае парень все еще оставался героем, а вот девушка – безнравственной…
Поздно вечером Эрик сдался и позвонил в «Скорую». Он уже придумал легенду, приготовил деньги и надеялся, что ему попадется корыстолюбивый врач. Так и вышло. «Скорая» приехала через час, и в историю Эрика, в ту, в которой Есения упала с лестницы, поверили. Взяв немалую сумму денег, врач оказал Есении первую помощь и заверил Эрика в том, что скоро она придет в себя.
– Час. От силы два, и она будет как огурчик, парень, – усмехнулся молодой врач, пересчитывая тысячные купюры, а после убирая их в карман джинсов под белым халатом. Эрик смотрел на отданные деньги и думал о том, что сбережений осталось мало. Он копил, всегда откладывал деньги, но сумма все равно была небольшой.
После ухода доктора Эрик закрыл дверь, вернулся в комнату, в которой на кровати лежала Есения. К приезду «Скорой» он переодел Есению, привел в порядок ее волосы и вытер следы грязи и крови с кожи. Сейчас Есения выглядела лучше. Эрику казалось, что она уснула и вот-вот проснется. Решив не тратить время впустую, Эрик взял ее сумочку, высыпал содержимое на небольшой диванчик напротив кровати и стал все внимательно изучать. Документы, которые он решил надежно спрятать подальше от ее глаз, пока все ей не объяснит; косметика и наушники, немного мелочи и блокнот, который Эрик тоже решил убрать пока с глаз; клубничная жвачка и парочка сливочных леденцов; ручка, шоколадный батончик, бутылка воды; и на самом дне сумочки он обнаружил ее небольшую фотографию. Точнее, не только ее, а Есении и Ивана, мужчины, которого Эрик ненавидел до зубного скрежета.
Убрав все лишнее и оставив необходимое, он сел на край кровати и, почти не моргая, смотрел на Есению, наблюдал за ней. Глупо улыбался собственному счастью, надеялся на то, что она не подскочит и не сделает себе же хуже.
Есения окончательно пришла в себя глубокой ночью через семь дней после аварии. К ней каждый вечер приходил один и тот же доктор, проверял ее состояние, вкалывал необходимые препараты, получал деньги и уходил. Эрик ждал и верил в то, что все будет хорошо. Ведь она уже приходила в себя пару раз, бодрствовала несколько часов и снова засыпала.
Светлые занавески задернуты, и сквозь них в комнату вливается свет уличных фонарей. Окно слегка приоткрыто, прохладный ветер гулял по квартире, из-за чего Есения слегка вздрогнула. Этим она и разбудила Эрика, лежавшего у ее ног. Сонно потирая глаза, Эрик поднялся и мигом пришел в себя, понимая, что Есения очнулась.
Сама же Есения нахмурилась, подняла руку и провела ею по голове. Шипя от легкой боли, она внимательно осматривала темную комнату, в которой могла различить лишь тени предметов и парня, находившегося так близко к ней. Она видела его тень, чувствовала тепло его тела, но больше ничего. Ни страха, ни паники от одного лишь вида, как было тем утром. Есения снова сфокусировала внимание на незнакомце. Раскрыла губы, чтобы что-то сказать, спросить, где она и что произошло, но поняла, что не может сказать и этого. Неожиданный страх сковал ее тело, не давая даже пошевелиться.
– Ты проснулась, – прошептал Эрик, наклонив голову. Вытянув руки, он осторожно поправил одеяло на Есении, не давая ей замерзнуть. Ему самому было жарко и душно, он готов был прыгнуть в сугроб, чтобы остыть, нырнуть в ледяную воду, но не мог сейчас ни на шаг отойти от нее. Своей девочки.
– Да, я проснулась, – тихо отозвалась Есения, боязливо поглядывая то на парня, то на слегка дрожащие руки. Руки-ледышки, ведь она все еще не могла согреться. – А где я? Кто ты и… кто я? – Последний вопрос она задала так тихо, что Эрик ликовал. Как и говорил врач, у нее возможны проблемы. Легкая потеря памяти. Эрик не верил в это, но сейчас внутри его все вздрогнуло, врач не ошибся. Хотя то, что происходило сейчас, никак не походило на легкую потерю.
Не зная, что ответить, он облизнул губы, отвел взгляд в сторону. Эрик собирался с мыслями, ведь это его последний шанс. Другого точно не будет. Она – его девочка, не помнила даже себя и своего имени. Почему бы не сделать так, чтобы все встало на свои места именно сейчас? Она станет его по собственной воле, он ей лишь слегка поможет. Подтолкнет.
