– Обычный, Лила, обычный. Я устал терпеть, говоря себе, что все так живут. Что страсть и любовь проходят, а люди продолжают тянуть брак по привычке и ради детей. Ничего хорошего наш брак детям не принес. Они лишь стали разменной монетой в нашем с Миной противостоянии. Когда родители несчастны, дети счастливыми не станут и пора это прекратить.
– Ты просто зол, – пытаюсь образумить его. – Мина сделала или сказала что-то?
– Ничего она не сделала! Она такая, какой была всегда, просто я устал с этим жить. Закроем тему.
– Как это закроем тему?! – негодую я, не в силах поверить в его серьезность. – Это ведь не из-за меня?
– Не скажу, что ты не сыграла свою роль, но дело не в тебе, – отмахивается он.
– Ну спасибо! – не могу сдержать сарказм.
– Не забивай себе голову, это мои проблемы. Давай просто поужинаем и ляжем спать? Я дико устал от разборок. Поедем завтра выбирать мебель и переедем пока в квартиру.
– Что значит «переедем»? – округляю я глаза. – Ты что же это, собираешься жить со мной?!
– Помнится, условием того, чтобы дать мне шанс, была моя свобода от обязательств, – усмехается он. – А так как я развожусь…
– Не было никаких условий! Ты не можешь развестись! Все будут уверены, что я увела тебя из семьи!
– Какая разница, что подумают люди? – на полном серьезе спрашивает он.
– Большая! Я не хочу быть разлучницей!
– Какая трагедия! – не к месту веселится этот бесчувственный чурбан.
– Не смей смеяться! Я серьезно!
– Я тоже, Лила, – встав с дивана, подходит он ко мне. – Просто твой сердитый вид напомнил мне злого котенка, выпускающего коготки.
Умаров отводит влажную прядь волос с моей щеки, заправляя мне ее за ухо, и я морщусь, чувствуя, как нежеланное тепло возникает в месте, его кожа соприкоснулась с моей.
– Я не разрешаю тебе прикасаться ко мне, – отбрасываю его руку. – Ты мужчина и не понимаешь, либо просто игнорируешь некоторые аспекты нашей жизни, но я так не могу! Ты и не думал разводиться со своей женой до моего появления! Даже я не верю в то, что это не из-за меня, так что уж говорить про других?
– Ради Бога, Лила, ты не можешь влиять на мою способность принимать собственные решения! – раздраженно рычит он, отходя от меня. – Это давно назревало, даже до того, как я познакомился с тобой, просто мне не хотелось так кардинально менять свою жизнь и отступать от наших семейных ценностей. Но сейчас… Произошедшее ясно показало, что я не могу ни в чем рассчитывать на свою жену. Мину ничто не способно изменить, она не берет во внимание ничего, кроме собственных желаний, и я не хочу дальше жить с женщиной, которая не только не уважает меня, но даже не может научить наших дочерей ничему хорошему. Они уже лгут и манипулируют. И можешь быть уверена, ей нет никакого дела до их будущего. Я был просто идиотом, что давал ей столько возможностей и шансов. Хватит. Девочки уже в том возрасте, когда им больше всего нужна строгая рука, а с Миной, противоречащей любому моему слову, ничего не получится.
– А оставить их без матери и позволить думать, что ты развелся из-за другой женщины, по-твоему, очень им поможет? – пытаюсь донести до него очевидную истину. – Я не хочу принимать в этом участие, Аслан!
– Тогда не принимай! – злится он. – Но мой развод с Миной – дело решенное. И ни ты, ни кто-либо другой не сможет меня переубедить.
Умаров уходит, одарив меня грозным взглядом напоследок, но и я зла не меньше, чем он. Как же этот упрямый мужчина не понимает, что поступает необдуманно? Ведь если он разведется сейчас, то в глазах дочерей навсегда останется тем, кто бросил их мать ради другой женщины.
Чуток поклевав ужин из-за испорченного напрочь аппетита, я иду в постель, но сон не идет. Да и рано еще для сна. Время-то детское, всего девять часов, так что я просто лежу, поглаживая Пушистика, устроившегося на моем животе.
Мысли то и дело возвращаются к Аслану, хоть я и запрещаю себе думать о нем.
– Какая я плохая, да Пушистик? – вздыхаю, когда понимаю, что в глубине души рада тому, что сказал Аслан.
Пусть он разводится и не ради меня, все же мне жалко его, в свете того, что рассказывал мне Саид. В то время я не восприняла всерьез его слова, ведь в каком браке не бывает трудностей? Но сейчас, видя поведение Мины своими глазами, понимаю, что бывший жених был абсолютно прав. Жизнь с такой женщиной – сплошное наказание, а мой господин хам заслуживает лучшего, чем вечно недовольная жена, настраивающая против него детей.
***
– Я думала, что сказала тебе, – морщусь я, когда по пути на работу «напоминаю» Аслану отвезти меня к Милане.
– Нет, мы видимо так и не дошли до этой темы, – разворачиваясь, говорит Аслан, который уже почти доехал до офиса.
– Извини, я задумалась и даже не заметила, что ты едешь не туда, куда мне нужно, – вздыхаю, слишком погруженная в разговор, который услышала утром и который так и не поняла.
