Но Зоя воспитана в иных традициях. Она выросла на старомодных идеях, согласно которым скверная девочка — это та, которая занимается сексом без любви. Гордон не был приверженцем этой идеи. Девочки имеют точно такое же право наслаждаться сексом, как и мальчики.
Так что же она хочет, чтобы всю эту неделю ее воспринимали исключительно как сексуальный объект? Исследовать свою сексуальность до последнего предела? Ладно, он ей это устроит.
Поддерживая Зою одной рукой, другой Гордон откинул одеяло с постели, снял с плеч девушки полотенце и опустил прекрасное обнаженное женское тело на огромную кровать.
Зоя тут же свернулась калачиком, подогнув ноги к груди, как младенец. Несколько секунд он внимательно изучал соблазнительный изгиб, а потом вздохнул и накрыл ее одеялом.
— Гордон, — пробормотала она.
Он нагнулся и поцеловал ее в лоб.
— Что, дорогая?
— Ты ляжешь со мной? — сонно спросила она.
— Да, сейчас… Минуточку…
— А, хорошо… Спокойной ночи.
Он не стал ей сообщать, что еще только ранний вечер. Она бы его не услышала. Она уже спала.
Зоя не смогла проснуться даже тогда, когда кто-то скользнул к ней в постель. Она машинально перевалилась на левый бок, к стене, прежде чем вспомнила, где она и с кем.
— Гордон, это ты? — проговорила она.
— А кто же еще?
Рука Гордона обвила ее талию, и он прижался к спине Зои.
— Ну как, отдохнула? — прошептал он, покусывая губами ее плечо.
— Который час?
— Около девяти. А что? Это имеет значение?
— Нет. Думаю, нет.
Она слегка поежилась, когда Гордон подул ей в ухо. Но едва он проник кончиком языка в ушную раковину, сон сразу прошел. Зоя встрепенулась, вытянула ноги и мгновенно поняла, что Гордон совершенно обнажен.
Его руки скользнули вниз по ее телу, поглаживая груди, живот, и, наконец, перешли еще ниже. Несмотря на то, что, отправляясь на «Уединенный пляж», она планировала заниматься сексом все время, ее сознание возмутилось против такой настойчивости. Однако тело не возражало, и не прошло и минуты, как Зоя шумно вдохнула и прижалась ягодицами к твердому члену.
— Ты нетерпеливая зверюшка, да? — прошептал Гордон. — Хорошо, что я надел такую штучку перед тем, как лечь в постель.
Зоя тихо застонала, когда он раздвинул ей ноги.
— Тебе ведь так нравится, да? — тихо продолжал Гордон, нежно входя в нее и одновременно лаская ее соски руками.
— Да… — выдохнула она.
Это было фантастическое ощущение. Слишком фантастическое. Она была готова кончить, но не хотела этого. Она хотела, чтобы это длилось и длилось. Она хотела…
И тут он вышел из нее, и Зоя закричала от разочарования. Он крепко сжал ее руками, сам прерывисто дыша.
— Терпение, киска. Давай немного поговорим. Не обязательно о чем-то важном и серьезном. Мне просто нужно перевести дыхание и тебе тоже. Попробуй расслабиться.
Расслабиться? С какой стати? Он что, спятил? Как расслабиться, когда внутри ее все трепещет, когда он по-прежнему обнимает ее, а напряженный член впивается ей в ягодицы?
— Ты читать любишь? — спросил он. — И книжка любимая есть?
— Что? А… Да… Читаю все подряд… Лишь бы не скучно было.
— А триллеры нравятся?
— Триллеры? Пожалуй. Стивен Кинг, например.
— Серьезно? Я сам без ума от Кинга. Знаешь, его можно читать просто для удовольствия, и он не разочаровывает. Мама дала мне «Бегущего человека». Классная вещь. А ты читала «Зеленую милю»?
— Читала.
— Здорово, правда?
Зоя только потом спохватилась, что дело дошло до того, что они начали обсуждать Стивена Кинга и начисто забыли о том, ради чего, собственно, встретились. До тех пор, пока Гордон не напомнил ей об этом, положив ее правую ногу себе на бедро и снова войдя в нее.
— Давай попробуем по-другому, — сказал он и внезапно перекатился на спину. Естественно, она перекатилась вместе с ним, так как его руки по-прежнему обвивали ее талию, и оказалась лежащей на нем, спиной на его груди. Он оставался внутри ее, но уже не так глубоко.
— Ну, что ты думаешь? — спросил он, быстро проводя ладонями по ее животу и груди, задевая затвердевшие соски.
— Я не могу думать!
Гордон рассмеялся, потом взял правую руку Зои и положил на дрожащий от возбуждения бутон.
— Потрогай себя там, — прошептал он, надавливая на ее пальцы.
Голос разума с негодованием отверг это предложение, но тело, похоже, имело собственное, отдельное мнение на этот счет.
— Только не кончай, — мягко попросил Гордон. — Будь ласковой. Потоми себя. Делай то, что приносит тебе удовольствие, но не дает конечного наслаждения.
Зоя не могла поверить, что она делает это. Она ласкала себя, а Гордон внимательно следил за ней и давал советы! Но как только она преодолела первые приступы смущения, все пошло как по маслу, и скоро Зоя уже извивалась, лежа на нем, ее спина то отрывалась, то снова прижималась к его груди. До вершины наслаждения оставалось каких-то несколько секунд, но Гордон вдруг схватил ее за бедра и сбросил на постель. Зоя, не стесняясь, выругалась — так она была разочарована.
— Тихо, тихо, — прошептал Гордон, зависая над ней. — Зачем так грубо?
— Ты — сексуальный садист.
Он довольно ухмыльнулся.
