Ух, черт возьми, как бы ему этого хотелось. Развернуть такой симпатичный сверточек намного приятнее, нежели идти в оперу, куда его тащит жена. Но на это нужно время. Забыв о несварении, он решил пока заняться похлопываниями и пощипываниями.
– Жуть как хочется попробовать французское пирожное. – Мелвилл пошлепал ее по попке, а когда она хихикнула, ухватил ее за грудь.
Люку казалось, что у него вырастают клыки. Краснея и переводя дыхание, Роксана посмотрела на Мелвилла большими карими глазами.
– О, monsier. Вы все такие, американцы.
– Я не просто американец, крошка, я техасец.
– А. – Она позволила ему коснуться губами своей шеи. В это время Люк беспомощно сжимал кулаки под кроватью. – А правда ли то, что говорят о техасцах, monsier? Что у них все… больше.
Мелвилл присвистнул и крепко поцеловал ее в губы.
– Именно так, крошка. А почему бы тебе самой в этом не убедиться? – Он забыл о жене и о желудке и повалил ее на кровать. Люк готов был выскочить и отколотить его.
– Но, monsier, я на работе. – Хихикая, Роксана высвободилась из его объятий. – Меня уволят.
– А как насчет того, когда ты не на работе?
Не выходя из нарисованного техасцем образа французской потаскушки, она вновь покраснела и маняще прикусила нижнюю губу.
– Может быть, встретимся в полночь. – Она взмахнула ресницами. – Здесь недалеко есть кафе, называется «У Робера».
– Ну что ж, думаю, что приду. – Он еще раз прижал ее к себе и схватил ее за накладные бока. – Найдешь меня там. Тебя как зовут, красотка?
– Моник. – Она провела рукой по подбородку. – Буду ждать полуночи.
Он в очередной раз ущипнул ее, подмигнул и вышел из номера, предаваясь мечтам о сексе с юной француженкой. Роксана плюхнулась на кровать и взревела от смеха.
– Да, ну и нравы, – бормотал Люк, вылезая из-под кровати. – Ты разрешила этому подонку всю себя облапать, чуть ли не залезть на тебя, и все это так, смеха ради. Мне бы надо тебя отшлепать.
Держась за бока, она выдохнула последний смешок.
– Ой, пора бы и повзрослеть.
Она задержала дыхание, когда Люк схватил ее за руку и, потянув на себя, поставил на ноги. Она увидела ярость в его глазах и решила не сопротивляться.
– Ты, по-моему, уже повзрослела за нас двоих. У тебя это, Рокс, неплохо получается. Интересно, сколько красивеньких студентиков облапало тебя потными руками?
На сей раз она покраснела по-настоящему.
– Не твое дело.
– Нет, черт возьми, мое! Я… – «без ума от тебя», едва не вырвалось у него, но он сдержал эти слова, – кто-то ведь должен за тобой последить.
– Я и сама могу. – Она локтем отстранила его, с ужасом почувствовав дрожь в спине. – К твоему сведению, куриная голова, он лапал не меня. Там, где он лапал, было столько подкладок, что ими можно матрац набить.
– Это не имеет значения. – Он попытался схватить Роксану за руку, но она отдернула ее. – Уходим отсюда. Сейчас же.
– Ты можешь идти. А я должна взять то, за чем пришла. – Она собралась расположиться в номере на некоторое время. – Мне это нужно, как никогда. Эта грязная скотина купит жене целую корзину новых драгоценностей. Так ему и надо – будет знать, как встречаться в кафе со всякими там французскими куколками.
Люк нехотя крякнул и провел рукой по волосам.
– Ты и есть французская куколка, Рокс.
– Я как раз та, которая заставит его заплатить за измену. – Глаза ее стали строгими. В них было достаточно хитрости, чтобы вызвать у Люка невольное восхищение. – Интересно, что он будет обо мне рассказывать? Скажет, что вошел в номер, увидел горничную, опишет меня – не очень подробно, потому что сам будет виноват и испуган. Лучше так, чем если бы он меня вообще не увидел. – Она подошла к шкафу и, пошарив рукой по верхней полке, улыбнулась. – Et voila! [19]
И она потянулась за трехэтажной шкатулкой с драгоценностями.
– Боже ты мой, Люк, она, наверное, весит двадцать фунтов. – Прежде чем он успел ей помочь, Роксана поставила шкатулку на пол и присела рядом с ней. – Моя! – упреждающе прошипела она, шлепнув его по потянувшейся было к шкатулке руке. Она вытащила из кармана набор замысловатых острых предметов, выбрала один из них и с его помощью принялась за шкатулку.
Вся операция заняла у нее сорок три секунды – Люк засек время. Он не мог не признать, что она была лучше, намного лучше, чем он думал.
– Вот это да! – Ее сердце забилось с бешеной скоростью, когда она открыла шкатулку. Все там светилось, блестело и сверкало. Она чувствовала себя Аладдином в пещере. Нет, скорее как сорок разбойников, подумала она. – Потрясающе! – Повинуясь непреодолимому желанию, она опустила руку в шкатулку.
– Если только они настоящие, – трудно было сдержать столь знакомую дрожь, однако твердость голоса удалось сохранить. – Кстати, профессионал не распускает слюни над добычей.
– А я и не распускаю. – Она опять засмеялась и лучезарно улыбнулась ему. – Может быть, чуть-чуть. Люк, ну разве это не потрясающе?
– Если… – его голос дрогнул, – они настоящие, – повторил он.
Роксана лишь вздохнула по поводу его близорукости и вытащила лупу.
Обследовав колье из сапфиров и бриллиантов, она встала на колени.
