В отличие от яростного шепота Люка голос Сэма звучал громко. В конце концов, он был прав. Не все искры, которые летали над сценой, были результатом специальных эффектов и магии.
– Люк. – Чувствуя, что головы присутствующих поворачиваются в их сторону, Роксана взяла его под руку. Это дало ей возможность вонзить ногти в его кожу. – Прием в Белом доме – не место для устраивания сцен, – произнесла она, изображая радостную улыбку.
– Благоразумная и прекрасная. – Сэм кивнул на нее, не отрывая глаз от Люка. Все осталось по-прежнему, и это радовало Сэма. Он чувствовал, как в животе у него все переворачивается от ревности и ненависти. – Я бы хотел выслушать мнение дамы, Каллахан. В конце концов, она со мной танцевала, а не с тобой.
– А ты знаешь, сколько костей в твоей руке? – Люк говорил приятным голосом, и лишь глаза выдавали желание убить. – Если ты еще хоть раз дотронешься до нее, ты сможешь их сосчитать. Потому что я сломаю каждую по отдельности.
– Прекратите. Я не та кость, из-за которой вам надо грызться друг с другом. – Она с облегчением увидела, как сквозь толпу к ней пробираются Макс и Лили. – Забудем об этом, ладно? Папа! – Радость, казалось, охватила ее, когда она повернулась к Максу. – Ты не поверишь, кто здесь – Сэм Уайатт. Столько лет прошло.
– Макс. – Обволакивающе, как змея, Сэм протянул одну руку, другой взял Лили за пальцы, чтобы поцеловать. – И Лили. Прекрасна, как никогда.
– Ни за что не догадаешься, чем теперь занимается Сэм. – Роксана ворковала, как будто они были давними добрыми друзьями, встретившимися после долгой разлуки.
Макс ни на кого зла не держал, да и умел сохранять выдержку в любой ситуации.
– Значит, ты ушел в политику.
– Да, сэр. Вы вправе сказать, что этим я обязан вам.
– Правда?
– Вы научили меня привлекать к себе внимание.
Он улыбнулся. Его лицо словно сошло с политического плаката, изображающего успех и юную энергию.
– Сенатор Бушфилд, сэр. – Сэм окликнул элегантного лысеющего мужчину с усталыми карими глазами и кривой улыбкой. – Кажется, вы знакомы с Нувелями.
– Да, да, – звонкий теннессийский говорок контрастировал с усталым лицом сенатора. – Великолепное шоу, как я вам уже говорил, Нувель.
– Я не упоминал о вас раньше, сенатор, потому что хотел удивить моих давних друзей. – Бросив насмешливый взгляд на Люка, Сэм положил руку Максу на плечо. – В свое время я несколько месяцев был учеником у этого великого фокусника.
– Не может быть. – У Бушфилда загорелись глаза.
– Именно так и было. – Сэм улыбнулся и тут же выдал легенду о смятенном, разочаровавшемся в жизни юноше, которого приютил и наставил на путь истинный добрый и благородный человек вместе со своим семейством.
– К сожалению, – завершая рассказ, произнес он, – не выходило у меня с выступлениями. Но я расстался с Нувелями, задавшись новой для себя целью, – он засмеялся и незаметно провел пальцем по спине Роксаны. – Если бы не они, меня бы здесь не было.
– Вот что я вам скажу. – Бушфилд по-отечески похлопал Сэма по спине. – Этот парень далеко пойдет. Острый, как гвоздь, и верткий, как угорь. – Он подмигнул Максу. – Может, по части фокусов-покусов у него и не вышло, зато избирателей очаровывает до трусов.
– Очарования Сэму не занимать, – отметил Макс. – Может быть, даже и в фокусах.
– А я и есть фокусник. – Сэм пристально посмотрел на Люка. – Я знаю, как надо делать то, что надо делать.
