— Конечно, можете мне полностью доверять. — «Если только я не услышу, что ты хочешь связать меня и выпороть. В этом случае я подам в суд за сексуальное домогательство».
— У меня нет сестер. Мама ушла от нас, когда мне было всего семь. И друзей-женщин у меня никогда не было. Если не брать в расчет свидания, я очень мало общаюсь со слабым полом.
— Понимаю…
На самом деле я совсем не понимала, куда он клонит.
— В последнее время я вдруг понял, что почти не знаю вас, и хочу восполнить этот пробел. Признаюсь честно, с женщинами у меня всегда были только сексуальные отношения. И мне кажется, иметь подругу — это очень здорово.
Я беспомощно уставилась на него:
— И вы выбрали меня?
— Да, тебя.
— Почему?
— Буду откровенен. Я не умею воспринимать женщину как личность. Чаще всего думаю лишь о том, как затащить ее в постель.
Мне захотелось рассмеяться, но я сдержалась.
— А к тебе я не чувствую влечения и могу относиться как к человеку, а не как к сексуальному объекту. Поэтому я и хочу, чтобы мы были друзьями. Уверен, наша дружба не перерастет в роман.
Он только что сказал мне, что я слишком уродлива, чтобы лечь со мной в постель. Лучше бы дал пощечину!
— Что ж, спасибо, сэр… — Я чувствовала себя полной дурой.
— Сообщи мне, когда мы сможем встретиться, — попросил Эван, когда я уже собиралась уйти, так ничего и не ответив.
— Конечно, — буркнула я, пересекая холл. И, когда он меня уже не мог слышать, добавила: — Когда рак на горе свистнет…
— Чтоб он сдох!
— Тебе этого не хочется, — мягко сказала Криста, обнимая меня. — Ты просто сердишься.
— Не хочу его больше видеть! Никогда в жизни!
Сейчас я могла бы сидеть за ужином в доме родителей и пробовать омара. Но сборы всей семьи по четвергам остались в прошлом, и, чтобы не падать духом, я позвала к себе Кристу. После неудавшейся встречи с Софи и неприятного разговора с Эваном я не могла оставаться одна.
— То, что делает твой отец, — ужасно, — говорила Криста, — но неужели его нельзя простить?
— Не знаю, — неуверенно ответила я, усаживаясь на стул в кухне и скрещивая ноги. — Это от многого зависит. Мы пока еще не знаем, насколько далеко все зашло: как давно он изменяет маме, одна ли у него Гретчен, были ли другие женщины?
Криста села рядом со мной.
— Ты собираешься высказать все это папе в лицо?
— Отцу, — поправила ее я. — Пока еще нет. Шон хочет еще покопаться в его файлах. Посмотрим, что удастся обнаружить. Как только у нас будет достаточно доказательств, чтобы уличить этого мерзавца, мы пойдем к маме.
Криста смотрела на меня, широко распахнув глаза.
— Уличить мерзавца? Ты говоришь, как полицейский в кино.
— Цитирую Шона. Он так часто смотрит «Место преступления», что возомнил себя инспектором-криминалистом. И я от него зарядилась.
— Твой брат перегибает палку. Никогда бы не сказала, что ему двадцать пять, он ведет себя как шестнадцатилетний подросток.
Я запустила пальцы в волосы и пригладила их.
— Ты ведь знаешь мужчин. Они взрослеют в два раза медленнее женщин.
— Давай закажем что-нибудь поесть, — предложила Криста.
— Что тебе хочется? Пиццу, или что-нибудь тайское, или индийское?
— Индийское… — Она взяла меню. — Я возьму цыпленка под соусом «корма». Будешь со мной лепешки?
— Почему бы и нет? — Я сняла телефонную трубку и сделала заказ.
— Как ты со всем справляешься? — мягко поинтересовалась Криста. — Думаю, тебе тяжело пришлось.
Тяжело — неподходящее слово, чтобы описать мое состояние.
— Такое ощущение, что я нахожусь в режиме ожидания, — призналась я. — Замерла и жду, что мой мир вот-вот рухнет, только не знаю когда и почему. — И я вдруг поняла: то же самое должен чувствовать Брейди Симмс.
— Понимаю, это нелегко.
— Сначала Гаррет, потом мой собственный отец! Не знаю, смогу ли я когда-нибудь снова поверить мужчине… — Я достала две бутылки воды и протянула одну подруге.
— Они не все такие, — возразила Криста, но я ее не слушала.
— Меня больше всего волнует вопрос измены. Неужели больше нет никаких обязательств?
— Ты не права.
— Знаешь, я вспоминаю всех, кому объявляла о разрыве. Возьмем, к примеру, Джейсона Датвайлера. Человек все готов отдать за женщину, которая любила бы его. Но подруги все время его бросают! А он ведь очень милый парень!
Кристе стало интересно.
— Джейсон… как ты сказала?
— Джейсон Датвайлер, — повторила я.
— И ты считаешь, что он милый? Ага, ясно, куда она клонит.
— Ты таких не любишь. Моя подруга удивлена.
— С каких это пор я не люблю «милых»? Скорее я не стану бегать за плохими парнями! Так ты говоришь, этот Джейсон Датвайлер свободен?
— Да. Но он к тому же…
— Серийный убийца? Прокаженный? — спросила она, вскинув брови.
— Я собиралась сказать «склонен к навязчивым идеям».
— К навязчивым идеям? Ты о чем?
Я глотнула воды.
— Просто повторяю то, что сказала мне его бывшая девушка.
Криста махнула рукой:
— Ей нельзя доверять. Она необъективна. — Она прислонилась к кухонной стойке и улыбнулась. — Джейсон Датвайлер, — повторила она, приглаживая волосы. — Как он выглядит?
— По-мальчишески мил.
— Рост? Фигура? Состояние волос?
— Состояние волос? — тупо переспросила я.
— Густые или уже начали редеть?
Я развеселилась:
