— Когда выходишь замуж в юном возрасте, как это было со мной, и всю жизнь спишь с одним-единственным мужчиной, приходит момент, когда начинаешь хотеть большего, — говорила она. — Это я предложила отцу поискать себе новых партнеров. Хотела посмотреть, к чему это приведет.
Я была в шоке. Мгновенно в памяти всплыли десять основных фраз, которые говорят при разрыве. Я видела маму насквозь. Когда кто-то предлагает «расширить круг общения», это означает, что он сам уже назначил свидание.
— Кто он? — спросила я, хотя вовсе не была уверена, что хочу услышать ответ.
— Почему ты считаешь, что у меня кто-то есть?
— Разве нет? — Я взглянула ей прямо в глаза, и мама отвела взгляд.
— Его имя Джуд. Он инструктор по йоге в местном клубе, где я занимаюсь. Мы уже полгода время от времени встречаемся.
Меня сейчас вырвет, в панике подумала я. Прямо здесь, на глазах у всех. Прикинула расстояние от столика до туалета: скольких посетителей придется растолкать; столики, стенд с кофе, официанты…
Мне туда не добраться.
Я наклонилась, и холодный обезжиренный мокко-латте, вырвавшись наружу, оказался прямо на полу и на моей сумочке.
Мы с мамой катили по ярко освещенным улицам Бостона. На этот раз за рулем моего «вольво», переключая передачи, сидела мама. Как мы здесь оказались?
— Прими это, — сказала она, затормозив на светофоре, и протянула мне бутылочку «Пепто-бисмол», которую я некоторое время назад положила к себе в сумку. — Я ее вытерла. Тебе станет легче.
Я сделала несколько больших глотков густой розовой жидкости.
Что бы она ни обещала, я знаю — мне уже никогда не станет легче.
Медленно открыв глаза, я огляделась. Я лежала в кровати, но не у себя дома. Кружилась голова, я никак не могла сконцентрироваться. Откинув покрывало с цветочным рисунком, я оглядела себя. Почему я в постели в одежде? Опустила глаза ниже. Я легла спать в туфлях? Было омерзительное чувство, будто язык прилип к нёбу. Выбравшись из кровати, я едва устояла на ногах. И только тогда осознала: я в гостевой комнате в доме родителей. Воспоминания о прошлом вечере хлынули на меня потоком. Это Шон помог мне сюда подняться? Тут меня снова затошнило. И я рванула в туалет.
Пятнадцать минут спустя, выпив стакан воды с «Алка-Зельцер» и пару таблеток «Эдвила», я почувствовала себя гораздо лучше. Сейчас мне не помешало бы немного имбирного эля с солеными крекерами — мама всегда давала мне это, когда я простужалась. О Господи! Мама! Наверное, она сейчас внизу, смотрит передачи для женщин на канале «Лайфтайм». Или, может быть, у нее встреча с таинственным незнакомцем? Я решила спуститься.
— Эй! — крикнула я.
Никто не отозвался.
Выглянула во двор. Ни одной машины. Интересно, куда все подевались? Отец, видимо, на работе. Шон скорее всего тоже. Но мама явно не в офисе, ведь она уволилась (как я поняла, теперь это означает «пуститься во все тяжкие»).
Я собирала вещи, чтобы поскорее смыться из дома родителей, когда зазвонил мобильный. Софи.
— Сегодня один из самых ужасных дней в моей жизни, — начала жаловаться она, даже не поздоровавшись. — Я была в Академии Эддингтона.
Уже ходила к Брейди в школу?
— Почему ты не дождалась ленча?
— Дэни, уже время ленча!
— Серьезно?
— Ну да, уже два часа, — сообщила она мне.
— Вот черт! — не сдержалась я. Два часа дня? Я опоздала на работу! Крейг, должно быть, вне себя от ярости. Нужно позвонить ему сразу после разговора с Софи.
— Что произошло в школе? — спросила я, снова опускаясь на кровать.
— Меня задержали.
Похоже, я еще сплю и мне это снится. Честно говоря, мне начало казаться, что весь прошлый месяц моей жизни — сплошной длинный ночной кошмар.
— Ты слышала, что я сейчас сказала? — продолжала возмущаться Софи. — Меня арестовали, черт возьми!
— Слышала, — подтвердила я. — Как это случилось?
— Мне не сразу удалось найти класс, где преподает Брейди. Одна из преподавательниц увидела, как я брожу по коридорам, и попросила предъявить пропуск. Его, естественно, не было, и меня потащили в кабинет директора!
Я потеряла дар речи. Наконец спросила:
— И что сделал директор?
— Она сказала, что на территорию школы можно пройти, только заранее получив разрешение.
— Ты видела Брейди?
— Директриса подняла такую шумиху, что я побоялась навредить ему и отказалась отвечать на вопрос, к кому именно я пришла.
Вот это да!
— И что произошло потом?
— Они вызвали полицию, обвинив меня в незаконном вторжении!
— Софи, мне очень жаль. Я вовсе не хотела, чтобы тебя… арестовали. — Мне тяжело было говорить, и поэтому я шептала.
— Чуть не арестовали, — поправила она. — В итоге школа не стала выдвигать обвинение. Полицейские составили протокол и предупредили меня, что я не имею права появляться там без предварительной договоренности.
Что ж, все оказалось не так страшно.
— Но я все равно ужасно себя чувствую. Мне не следовало предлагать тебе пойти в школу к Брейди, чтобы сделать ему сюрприз. Мы могли бы придумать что-нибудь другое…
