Мишка с тоской прикидывал свои шансы. Сашку не вернуть, а за новенькую еще предстояло биться, и победа там не предвиделась. Если с братьями у него еще были шансы, то дополнительная парочка ухажеров ставила крест на успехе. И чего только им всем вздумалось ее провожать? Будто мало других девчонок в классе. Он продел в пуховик правую руку и, стараясь попасть в другой рукав левой, начал пробираться к выходу из раздевалки. Его кто-то толкнул в бок. Мишка не удержал равновесия и стал падать в сторону. Он попытался схватиться за висящие на вешалках куртки, но запутался в собственном пуховике, глупо вскрикнул и свалился плашмя на пол. Дети, видевшие происходящее, засмеялись. Мишка, с зажатой собственной курткой руками, неуклюже ворочался по полу, тщетно пытаясь подняться. Наконец, кто-то пришел на помощь и помог мальчишке перевернуться, а затем и подняться.
Он ожидал дружескую помощь Коляна, но, к его удивлению, это оказалась новенькая. Девочка с грустными темными глазами и короткой стрижкой.
– Сильно ударился? – она помогла Мишке победить рукава пуховика и слабо, как-то застенчиво, улыбнулась.
Мальчишка, который мысленно уже одергивал куртку от ее рук, толкал новенькую на пол и громко смеялся, притворяясь, что все это сделал нарочно, чтобы разыграть наивную дурочку, неожиданно для самого себя протянул ей ладонь для рукопожатия.
– Мишка. Спасибо, что помогла.
– Света, – она, нисколько не смутившись повисшей в раздевалке тишины, пожала его руку и улыбнулась смелее. – Пустяки. Со всеми бывает.
– Можно, – Мишка судорожно сглотнул подкатывающий к горлу ком. – Можно я тебя домой провожу?
– Наш сын снова подрался с кем-то! Синяк под глазом, губы разбиты! Весь в ссадинах!
– В его возрасте это нормально. Я тоже дрался.
– Тебе все равно? Как ты можешь так реагировать? Ты вообще на сына внимания не обращаешь!
– Хватит. Я весь день впахиваю. Прихожу домой и не хочу слышать твои пустые истерики. Мне этого выноса мозга на работе хватает.
– Истерики? У нас сына избили, а ты – само спокойствие! Совсем со своей работой на нас рукой махнул!
Мама снова жаловалась. Отец снова говорил, что устал на работе. Сейчас все должно было набрать обороты, перерасти в крики и закончиться очередным скандалом. Мишка сильнее зажмурил защипавшие глаза и сжался под одеялом в комок. Ссоры родителей стали ежедневным ритуалом. Повод мог быть совершенно любым, даже самым мелким и незначительным, но заканчивались они всегда одинаково – мать плакала, а отец запирался на балконе и подолгу курил.
– Я сказал тебе: хватит. Я отработал полторы смены, чтобы в нашем холодильнике не было пусто. Полторы. Больше всего я хочу пожрать, помыться и отключиться, чтобы на утро все повторить заново. Меньше всего…
– Мне каждую неделю звонит классная руководительница нашего сына! Он забросил учебу! Он начал прогуливать уроки!
– Меньше всего я хочу слушать эти пустые упреки. Все мальчишки в его возрасте вытворяют одно и тоже!
– Почему тебе наплевать на собственную семью?
– Что ты несешь? Я вкалывал полторы смены ради своей семьи! Прикажешь мне еще и воспитанием сына заниматься? Вместо сна?
Мишка зажал уши руками. Тонкие стены в панельной многоэтажке даже не пытались приглушать звуки из соседней комнаты. Он знал, что родители уже несколько раз говорили о разводе, но не понимал, зачем им это было нужно. От одной мысли, что с ним может остаться только мама или папа, ему становилось тоскливо и больно. А что, если они решат вовсе сдать его в детский дом, а сами уедут из города в разные стороны? Мишка вздрогнул и сильнее прижал колени к подбородку. Зря он ввязался сегодня в драку с близнецами. Мог бы просто сбежать и прослыть трусом, но тогда, может быть, и мама не стала бы жаловаться отцу.
