К дому Гидеона мы отправились на такси, и всю дорогу он держал меня за руку. Вообще-то, поднимаясь в личном лифте в его пентхаус на Пятой авеню, я не должна была так нервничать. Меня было не удивить высокими потолками и довоенной архитектурой, да и в любом случае было очевидно, что парень, с которым меня угораздило связаться, должен жить именно в таком месте. Я ожидала чего-то вроде вида из окна на Центральный парк… Ну да, он, конечно, тоже имелся.
Но напряжение Гидеона было ощутимым, значит, и для него происходящее имело большое значение. Когда двери лифта открылись, выпуская нас прямо в мраморный холл его апартаментов, он наконец отпустил мою руку. Отперев двойные двери, Гидеон ввел меня внутрь, и при этом я прямо-таки сердцем чувствовала, с какой тревогой он наблюдает за моей реакцией.
Жилище Гидеона было под стать хозяину, причем разительно отличалось от его холодного ультрасовременного офиса. Пышно обставленные комнаты были наполнены предметами старины и произведениями искусства, а поблескивающие полы из твердой древесины покрывали роскошные обюссонские ковры.
— Это… изумительно, — тихо произнесла я, почувствовав себя польщенной.
Мне позволяли заглянуть в сугубо личную жизнь Гидеона, о которой я отчаянно хотела узнать побольше. И впечатление было ошеломляющим.
— Заходи. — Он чуть ли не втащил меня в гостиную. — Я хочу, чтобы ты провела здесь ночь…
— У меня с собой ничего нет, и вообще…
— Все, что тебе понадобится для начала, — это зубная щетка, а она у тебя в сумке. А за остальным утром заброшу тебя домой. Слово даю, на работу ты попадешь вовремя. — Он притянул меня к себе, уткнувшись подбородком мне в макушку. — Ева, я правда очень хочу, чтобы ты осталась, и не сержусь за то, что ты убежала, хотя мне и было чертовски больно. Более того, я хочу задержать тебя здесь как можно дольше.
— Вот и держи, я в этом нуждаюсь. — Мои руки скользнули под его футболку, с наслаждением поглаживая мускулистую гладкую спину. — А еще мне не помешало бы принять душ.
— Мне нравится, когда ты пахнешь как я, — сказал он, понюхав мои волосы, однако провел меня через гостиную и холл к спальне.
— Вау! — вырвалось у меня, когда Гидеон щелкнул выключателем.
В комнате доминировала массивная кровать из темного дерева, застеленная бельем светло-кремового цвета. Вся остальная мебель, как и кровать, была тоже из темного дерева с накладками из полированного золота. Видимо, он предпочитал именно такое. Настоящее мужское логово. Здесь не было никаких произведений искусства, которые отвлекали бы от умиротворяющей панорамы Центрального парка, подчеркнутой линией великолепных жилых домов по другую сторону. По мою сторону Манхэттена.
— Ванная здесь.
Я направилась к туалетному столику на ножках в виде звериных лап. Похоже, он был переделан из старинного орехового шкафчика, точно такого же, изысканно украшенного, что стоял рядом. Гидеон, двигаясь со столь восхищавшей меня чувственной грацией, достал из этого шкафчика полотенца и подал мне. То, что я видела его в домашней обстановке, неформально одетым, трогало меня до глубины души. А то, что я единственная женщина, которой он это позволил, и пугало, и радовало меня одновременно. Ощущение было такое, будто сейчас я видела его еще более голым, чем когда-либо раньше.
— Спасибо.
Взглянув на меня, он, кажется, понял, что я имела в виду нечто большее, чем полотенца, и его взгляд пронзил меня насквозь.
— Как здорово, что ты здесь.
— Не знаю, как это могло случиться, но я здесь, с тобой, и мне это очень-очень нравится.
— А разве важно, как это могло случиться? — Подойдя поближе, Гидеон взял меня за подбородок и поцеловал в кончик носа. — Я тебе футболку приготовил, на кровати лежит. А как ты относишься к икре и водке?
— Ну… по сравнению с пиццей это явный шаг вперед.
— Икра черная, осетровая, — улыбнулся он. — От Петросяна.
— Должна внести поправку, — заявила я, улыбаясь в ответ. — Несколько сот шагов вперед.
Приняв душ, я надела приготовленную для меня огромную футболку с фирменным логотипом «Кросс индастриз», после чего позвонила Кэри, сообщила, что ночевать не приду, и вкратце изложила происшествие в отеле.
— Я даже не знаю, что и сказать, — присвистнул он.
Правда, лишившийся дара речи Кэри Тейлор прочел мне целую лекцию.
Закруглив наконец разговор с Кэри, я присоединилась в гостиной к Гидеону. Мы устроились на полу за кофейным столиком и отдали должное деликатесной икре с крошечными тостами. Гидеон включил телевизор, по которому повторяли сериал из жизни нью-йоркской полиции, и нам как раз попался эпизод, отснятый напротив Кроссфайр.
— Классно, наверное, видеть по телику здание, которым владеешь? — поинтересовалась я.
— Не так уж плохо, если только эти ребята не перекрывают для съемок движение на несколько часов.
— Пессимист, — ткнула его плечом я.