— Я тоже! — закричала она. — Я тоже не заслужила публичного траха. На нем все закончится. Мы были сестрами, и отец отдал меня этому волку на публичное унижение. О нет! Ты даже не представляешь как это больно! Он трахнул меня, но потом выкинул и спутался с моей сестрой. Но отец был против. Он всегда любил эту суку больше меня. И когда я умоляла его пощадить меня, он сказал что теперь мой альфа Ронах. Что теперь я принадлежала своему мужу, тем более он успел обрюхатить меня.
Она захлебывалась от эмоций и гнева.
— Он спал и с ней и со мной, а отец ничего не замечал! — вцепившись в решетку, закричала Мелинда. — Но я смогла отомстить. Смогла отнять все, что у меня забрали, и теперь завершу, убив его больных отпрысков.
Этот взгляд, который она бросила на меня, произнеся последние слова, пронзил мое тело холодом. Она развернулась и быстрым шагом вышла, громко хлопнув дверью.
Теперь я знала, что мать Ксандра не бросила их. Она просто сбежала от боли, которую ей причинил его отец. Сбежала от семьи уже с разрушенным сознанием и теперь ее не склеишь, как я сказала Зейну. Мелинда была поломана уже очень давно и теперь хотела отомстить, но только вот проблема в том, что тот, кто сделал это с ней, уже давно жарится на углях в преисподней. Как и ее сестра, которая предала Мелинду. Но она хочет отомстить всем, кто был замешан в этой истории.
Всю ночь я слышала громкие голоса, доносившиеся из дома, но больше не было никаких посетителей. Даже сосед, который с ума сходил от моего запаха больше не заговаривал. Я осталась одна со своим желанием и безумными мыслями, которые терзали замутненное сознание.
Ксандр должен знать что произошло. Это было очередным кусочком пазла, который я со щелчком поставила на место. Та женщина, которая остановилась и с таким любопытством смотрела на нас и была матерью Ксандра. Те же глаза золотого цвета, которые нельзя было спутать ни с одними другими.
— Вставай сучка, — грубо пробасил мужской голос, открывая решетку камеры в которой я была заперта.
Когда я даже не пошевелилась, он зарычал и подпрыгнул ко мне. Резко поднял за руки и, не церемонясь, перекинул через плечо. Я даже не сопротивлялась, потому что могла думать только о том, как сильно пульсирует эпицентр моего желания от его резких прикосновений. Эта грубость вызвала во мне дрожь, а губы тихо простонали.
— Горит, да? — спросил он. — Скоро здесь будет столько волков, что боюсь тебя, затрахают до смерти.
Я снова застонала, когда он грубо кинул меня на холодный снег. Солнце было ярким пятном в небе, заставляя меня, щурится от яркого света.
— Вставай и беги пока не стало слишком поздно вервольф. — зарычал большой медведь, который вынес меня на улицу. Он поднял руку и указал на север. — Беги туда и постарайся спрятаться, прежде чем эта свора догонит тебя, потому что сделай они это от тебя мало что останется.
Я продолжала наблюдать за ним, не в силах сдвинуться с места, когда увидела в его руках ружье.
— В нем серебряная дробь. Это чертовски больно, поверь вервольф. Считаю до трех, и если ты не сгинешь в том направлении, которое я указал, твоя нога будет чувствовать себя хреново, когда ее оторвет от тела.
Тихо проклиная все на свете, я повернулась на четвереньки и с трудом поднялась на ноги. Крепко сжимая тугие груди я старалась как можно быстрее перебирать ногами чтобы не чувствовать постоянного жжения пульсирующего в лоне от трения моих шагов.
Мне нужно выкинуть все похотливые мысли, которые еще больше разжигали во мне страсть. Нет, черт возьми, нужно убраться отсюда и спрятаться. Иначе я отдам себя тому, кто первый повалит меня на холодный снег. Который кстати не был проблемой в моем нынешнем положении. Сейчас в тонкой майке и джинсах, но с разгоряченным телом я даже не ощущала холода. Только жар, который с каждым шагом усиливался.
Всю дорогу я проклинала свою невезучую задницу, которая смогла найти приключения даже в день рождества.
Кроссовки спасали от прохладной земли пока я с завидным проворством пробиралась в глубь леса. Все деревья были в снегу, а кругом стояла тишина. Только тихое забвение как будто этот момент сфотографировали, и он застыл в прекрасном пейзаже.
Мое тело задрожало, когда вдалеке раздался громкий вой. К нему тут же присоединились еще с десяток, заставив сердце сжаться от страха за себя. За свою жизнь которая точно уже не будет прежней если я не найду укрытия.
Тело снова свело судорогой заставив упасть меня на колени. Лоно отчаянно запульсировало, пронзая меня молниями страстных желаний и не позволяя двигаться вперед. Я застыла на один удар сердца, который промелькнул как миг. Я стояла посреди заснеженного леса. Ноги холодил мокрый снег, а тело дрожало не от холода, а от страсти. Я буквально горела и снежинки, которые, медленно кружась, падали на меня тут же таяли. Я была как солнце и плавилась изнутри от постоянного возбуждения и потребности ощутить на себе руки моего волка. Я хотела получить только его.