Уже когда говорил, Саске начал ощущать абсурдность своего поступка. То, что показалось ему правильным, то, что двигало им, когда он, до крови обдирая ногти, разбивал край зеркала и изготавливал импровизированное оружие, в перерывах между клиентами, не обращая внимание больше ни на что, даже на их садизм, просто вставал, порванный, в синяках и кровоподтеках, и готовился к этой встрече, теперь вдруг предстало в своей безнадежности. Как тот побег от Гаары, когда его с легкостью поймали и отвели в подвал. Где он прощался с жизнью, где он получил три шрама на теле и один — в душе. Отчаяние охватило Саске, и он, ощутив тоску, сильнее сжал осколок, так, что он впился в руку. Он даже не почувствовал боли. Потому что ему было уже больно.
Орочимару усмехнулся:
-Хех.. Итачи.. Ты бессилен против системы. Ты — в борделе. В борделе и останешься. А твоего брата.. Хха. Я расскажу тебе… Что делают со зверьками, заразившимися бешенством, а, Итачи?
Рука Саске непроизвольно задрожала. Орочимару чуть приподнялся и, невзирая на то, что Саске продолжал прижимать осколок к его горлу, медленно провел по щеке Саске. Голова Саске кружилась, сердце сжалось от предчувствия того, что он бессилен изменить. И Орочимару опять почувствовал его состояние. Опять провел по щеке.
— Отпусти, — хрипло прошептал Саске, уже не понимая, кому он это говорит, то ли Орочимару, то ли…
— Его я отдал на Аукцион.
Слова Орочимару пробили туман, окутавший Саске. Он наклонился ближе и переспросил:
-Что? Что ты сказал?
-Видишь ли… — прохрипел Орочимару, сглатывая:
— Бешеных зверей, Итачи.. отдают на живодерню. Я приказал отдать его на Аукцион. Тот бордель, что даст мне больше денег, заберет нашего.. порочного.. губительного.. Саске.. убивающего во время секса.. не научившегося покорности.. Я мог бы его убить быстро. Но я придумал для него нечто более изысканное. Так, как наша игра. Он проиграл. Ты знаешь, что такое Аукцион борделей, Итачи?
Саске знал. И он понял одну вещь. Даже то, что он сидит на поверженном Орочимару, само по себе абсурд, так как выхода нет, и теперь значения не имеет. Все утратило смысл. Внезапно, жестоко и в один момент. Он мог отступить.. мог. Потому что, приставляя к горлу осколок, уже знал, что это бесполезно. Просто Саске был на грани отчаяния, и ему, черт, наверное, надо было это сделать.. Но теперь…
-Теперь.. мне все равно.
И Саске перерезал горло Орочимару. Хлынула кровь — фонтаном, сразу обагрив руки Саске, Орочимару пытался оттолкнуть его от себя, Саске надавил сильнее.
-Посмел… — последнее, что успел выкрикнуть Орочимару, прежде чем захлебнулся в собственных кровавых конвульсиях и затих.
-Отлично, — услышал Саске. Он повернулся: Кабуто. Тот, кто всегда был рядом с Орочимару. Его ставленник в полиции и тот, кто провалил операцию по разгрому борделя Орочимару до того, как их, оставшихся в живых, увезли сюда и заперли здесь. Тот, кто был среди троицы садистов. Кто любил пытки.
-Ты не уйдешь, Итачи. Орочимару — сама был прав.
Саске спихнул тело Орочимару и встал, держа осколок двумя руками. Он подумал, что, наверное, в самом деле, сходит с ума. Кабуто расхохотался:
-Иногда, Итачи, случаются и такие неприятности. Шлюхи убивают клиентов. К сожалению, это оказался Хозяин. Но.. чем он лучше прочих клиентов, верно, Итачи?
С опозданием парень понял, что его отвлекают. Кабуто прыгнул вперед и выбил осколок, другим движением ударяя со всей силы Саске. Саске отлетел и ударился о зеркало. Как в замедленной съемке, увидел Наруто, ворвавшегося следом. Наруто, застрелившего Кабуто.
-Лисеныш.. -прошептал Саске.
Узумаки стоял вполоборота к нему. Затихая, слышались выстрелы. Потом Наруто повернулся и в упор посмотрел на Саске. Повисло какое-то страшное молчание. Только синие глаза, не мигая, смотрели в черные.
«Позы покорности ты не дождешься от меня, Наруто»
«Ты мой, Саске. Теперь действительно мой».
Потом Наруто перевел дыхание и сказал, убирая револьвер:
-Я вытаскиваю тебя отсюда, Учиха!
Наруто приблизился к Саске и, наклонившись, прошептал:
-..Помни об этом!
====== Глава 6. ======
Итачи вытащили из машины, и заставили пройти в какой-то плохо освещенный зал.
-Этот, что ли, убивает сексом?
-Орочимару — сама так и сказал, Кирико — сама, его.. недостаточно вышколили. Он посмел применить то, что было против тех, кого ему приказывали убить, на собственном Хозяине.
Итачи растянули на цепях. Вспыхнул свет под потолком, так, что пришлось зажмуриться: помимо того, что его распяли посредством цепей, ему задрали вверх голову, так, что он не видел, кто к нему подходит. Итачи только слышал голоса. Голос невидимого Кирико — самы… Он был похож на голоса Мадары и Орочимару, как земля на небо. С хриплыми, угрожающими интонациями. Голос того, кто привык убивать, делает это охотно, и с наслаждением. Хозяин Аукциона.
-Совершенное тело..
Итачи почувствовал, как Кирико его ощупывает, и, сжав зубы, заставил себя не дергаться.
-.. Правильно.. Понимаешь… Ты не должен дергаться. Не сейчас.