Обиталище увидело, как лицо Джошуа выразило мягкое раздражение, и исследовало его мысленные процессы, чтобы выяснить, говорил ли он правду. В конце концов решило, что верить не стоит.
В баре Харки дела менялись к лучшему. По сравнению с абсолютным простоем во время карантина, когда посетители из числа космических промышленников предпочитали не тратить деньги, сейчас у них был настоящий бум. Докризисного уровня они, разумеется, пока не достигли, и все же корабли возвращались в гигантский космопорт Транквиллити. Пусть пока это были гражданские межорбитальные суда, зато они привозили новые грузы, на кредитных картах экипажей значились немалые счета, и они платили обслуживающим их компаниям за ремонт и содержание. Коммерсанты, поселившиеся в пентхаузах звездоскреба, уже совершали сделки с внушавшим им до тех пор страх эденистским истеблишментом, рядом с которым они так удачно оказались. Недалеко то время, когда все звездные корабли отправятся путешествовать на Землю, Сатурн, Марс и астероиды. За столиками и в отдельных кабинетах шла оживленная беседа, горячо обсуждались сплетни делового мира.
По просьбе Джошуа Сара, Эшли, Дахиби и Болью заняли свой привычный кабинет. Капитан сказал, что хочет с ними переговорить. Их никто не опередил: без четверти девять утром в баре было человек двенадцать.
Дахиби подул на кофе и посмотрел вслед официантке. В это время у них и юбки были длиннее.
— Странно как-то — пить здесь кофе.
— В такое время — не странно, — с сожалением возразил Эшли.
Он налил в чашку молока, а потом добавил чаю. Сара цыкнула на него: она всегда делала наоборот.
— Мы что же, летим? — спросил Дахиби.
— Похоже на то, — откликнулась Болью. — Капитан распорядился снять пластины со стороны поврежденного узла корпуса «Леди Макбет». Следовательно, будет его менять.
— Недешево, — пробормотал Эшли. И задумчиво помешал чай.
Джошуа выдвинул свободный стул и уселся.
— Что недешево? — спросил он.
— Новые узлы, — пояснила Сара.
— А, узлы… — Джошуа поднял палец, и официантка выросла словно из-под земли. — Чай, круассаны и апельсиновый сок, — заказал он.
Она ему улыбнулась и поспешила в подсобное помещение. Дахиби нахмурился. У нее юбка была короткая.
— Завтра лечу на «Леди Макбет», — объявил Джошуа. — Как только «Энон» вернется с Ореола О'Нейла с новыми узлами.
— А Первый адмирал знает? — как бы между прочим поинтересовалась Сара.
— Нет, зато Согласие знает. Это не перевозка груза, мы отправляемся с отрядом адмирала Салданы.
— Мы?
— Да. Поэтому я вас и пригласил. Но в этот раз давить на вас не стану. Подумайте. Со своей стороны, обещаю долгое и очень интересное путешествие. А это значит, что мне нужна хорошая команда.
— Можешь рассчитывать на меня, капитан, — быстро ответила Болью.
Дахиби отхлебнул кофе и улыбнулся.
— Да.
Джошуа посмотрел на Сару и Эшли.
— Куда летим? — спросила она.
— К Спящему Богу тиратка: надо узнать у него, как разрешить кризис одержания. Иона и Согласие считают, что он находится по другую сторону от Туманности Ориона.
Сара, отвернувшись от него, внимательно смотрела на Эшли. Пилот находился в прострации. Простые слова Джошуа звучали, как сказка, для человека, отказавшегося от нормальной жизни в пользу созерцания вечности. И Джошуа наверняка знал это, подумала Сара.
— Банан и обезьяна, — пробормотала она. — Хорошо, Джошуа, конечно же, мы с тобой.
Эшли только молча кивнул.
— Спасибо, — поблагодарил всех Джошуа. — Одобряю ваш выбор.
— Кто отвечает за топливо? — спросил Дахиби. Джошуа замялся.
— Да, не слишком приятная новость: с нами летит наш друг доктор Алкад Мзу.
Они хором запротестовали.
— Среди прочих, — громко продолжил он. — Мы берем с собой и несколько специалистов. Мзу — официально назначенный эксперт в области экзотической физики.
— Экзотической физики? — засмеялась Сара.
— Никто не знает, что представляет собой этот бог, поэтому мы решили охватить все научные дисциплины. Теперешнее путешествие будет отличаться от миссии Алхимика. Так что мы будем не одни.
— Хорошо, но кого ты назначишь ядерщиком? — повторил свой вопрос Дахиби.
— Ну… в Леймилском проекте Мзу отвечала за топливные системы. Могу попросить ее. Как вы на это смотрите?
— Плохо, — сказала Болью.
Джошуа мигнул. Впервые космоник высказывала мнение о людях.
— Джошуа, — твердо сказала Сара. — Пойди и попроси его, хорошо? Если откажется, ладно: возьмем кого-нибудь другого. Если согласится, то при одном условии: признает, что ты капитан. Тебе же известно, Лайол эту работу знает. И заслуживает такого шанса.
Джошуа оглядел всех. Они были заодно.
— Что ж, могу и спросить. Вреда от этого не будет.
Экипажи начинали смотреть на себя как на эскадроны смерти. В какие-то моменты выражение это едва ли не срывалось с уст контр-адмирала Мередита Салданы. Дисциплина не позволяла ему так высказываться, но персоналу своему он глубоко сочувствовал.