Сахль словно бы иголку в Мавданской148 долине искал. Он со своими людьми, осматривал каждую пещеру. Стояла зима и все вокруг покрылось снегом. Камни и скалы словно бы изо льда были отлиты.
В такую-то пору Сахль ибн Сумбат с несколькими всадниками выехал на охоту. Охота была предлогом. Сахль напал на след Бабека. Конские следы привели его к большой пещере в горловине Мавданского ущелья. Вдруг сокол Сахля взлетел с его плеча. Увидел джейрзнье стадо. Животные мчались к пещере. Сокол всполошил их. Сахль взревел:
- Стреляйте скорее!
Всадники Сахля погнали своих скакунов за джейранами. Сразу несколько стрел полетело в джейранов. На снегу показались кровавые пятна. Уцелевшие джейраны кинулись в пещеру, но тотчас же испуганно выбежали из нее. Сахль понял, что в пещере есть люди. Его охватило предчувствие: "Наверно, Бабек здесь. Вчера чабаны видели незнакомого всадника. О, если б это был Бабек!.."
Сахль нашел того, кого искал. Войдя в пещеру, обнялся с Бабеком, как будто с братом, которого не видел целую вечность. В пещере, кроме Бабека и Абдуллы, было еще семь вооруженных всадников. Бабека сопровождали джебельские курды. Сахль ибн Сумбат поздоровался и с ними. Потом перекрестился. Поблагодарил бога, что видит Бабека живым-здоровым и пустил в ход свое сладкоречив.
- Бабек, считай, что ты у себя дома. Да, просьба такая - извольте пожаловать в крепость.
Бабек молчал и многозначительно разглядывал Сахля: "Нет ли у него иных намерений?!"
Сахль принялся его уговаривать:
- Идем, идем, дорогой мой. Я собирался в Базз на помощь, но путь преградили воины Афшнна. Перейти Араке мне не удалось. Клянусь богом, я никогда не лгу. Идем! Садитесь на коней!
Сахля пугал испытывающий взгляд Бабека. Однако он старался изгнать страх из сердца, вести себя как ни в чем не бывало. Сахль так искусно притворялся, что и собственное сердце не могло разобраться в нем. Большие, коварные зеленые глаза его увлажнились от радости. Улыбались даже его широкие усы, схваченные льдом. Он то клялся крестом, висевшим у него на шее, то призывал в свидетели Иисуса Христа, стремясь убедить, что всегда был предан Бабеку и сейчас сохраняет эту преданность. Приглашал Бабека в замок по-дружески радушно, от всего сердца. Бабек не знал - верить Сахлю, или нет. "Может, этого невзрачного коротышку-лиса Афшин подучил и подослал ко мне? Если так, я проткну его глазища стрелами. А, может, он искренен, и я напрасно подозреваю его? Ведь мы с ним пуд соли вместе съели".
- Кто там, в твоем замке? - спросил Бабек уклончиво и посмотрел Сахлю в глаза.
Тот, не моргнув глазом, ответил:
- Повелитель, в замке только мои люди. Кто же там еще может быть? Но в замок мой сейчас мы не сможем отправиться.
Потом Сахль пояснил, что на всех дорогах, ведущих в Византию, Афшином выставлены засады, в пути всякое может случиться. Сахль уговорил Бабека переждать пока несколько дней в замке его друга, на берегу Аракса. Это надежный замок. А как опасность минует и все уляжется, поедем в Шеки, а оттуда - в Византию... Заключим договор с императором Феофилом. Ибо теперь Афшин тут не даст мне покоя, мне предстоит или умереть, или найти поддержку и сражаться с ним. Предпочтительней, конечно же, второе.
Бабек верил людям. После некоторого раздумья доверился Сахлю. Счел, что Сахль обнаружил его по чистой случайности. Сели на коней...
Замок, о котором говорил Сахль ибн Сумбат, находился на берегу Аракса, поблизости от селения Хураман, в местности, называемой Шахи Шарафан149. Здесь было множество укреплений и подземных ходов. Отсюда до Базза было три-четыре агача.
Сахль уговаривал Бабека, дескать, кто же поверит, что Бабек здесь, под самым носом у Афшина.
Сахль ибн Сумбат устроил в замке роскошное угощение. Разве что птичьего молока не было. Удерживая здесь Бабека, Сахль известил Афшина.
Бабек с удовольствием ел и пил, время от времени играя на тамбуре. Вдруг он услышал цокот конских копыт. Бабек отнял пальцы от струн. "Может, это люди Афшина. Может, Сахль хочет выдать нас? Но ведь он клялся хлебом и крестом, призывая в свидетели пророка Ису!"
Бабек проворно поднялся, вышел во двор и вскочил в седло. Взвил меч над головой. Абдулла тоже кинулся на коня и обнажил меч. Сахль вел себя так, словно и он недоумевает, как могло случиться такое. Чтобы отвести от себя меч Бабека, он на чем свет стоит ругал Афшина, угрожал ему. И люди Сахля грозили людям Афшина: "Ничего, пусть! Если это они - перебьем всех!"
Неприятельских всадников еще не было видно. Их скрывала пурга. Наконец Бабек увидел, что приближающиеся - ратники халифа. Отпустил поводья Гарагашги и с грозным рыком ринулся вперед.
Афшин еще не показывался. Он намеренно двигался сзади. Бабек сразил семерых всадников, что были впереди. Их седла окрасились кровью. С тыла Бабека прикрывали семеро конных воинов и Абдулла. Сахль тоже кинулся в гущу ратников халифа. Он тоже размахивал мечом, но никого не ранил, не задел.
