— Вы ведь помните, что мы узнали от Павла? Насчёт «тренировок» Ирины. Того, как она над ним измывалась? Как мне с парнями мозги запудрила? Вот здесь схожая картина. Из допросов мы выяснили, что Дьяволица забирала к себе проштрафившихся девушек и что-то с ними творила, возвращая уже иными. Неизвестно какой список установок она успела внушить им, но абсолютной покорности и ужаса перед одеждой добиться смогла. Уж не знаю на кой хрен ей нужно было последнее, но отребье Стаса только радовалось таким видам, как и податливости рабынь. А девчонки, если и не были сломаны дьяволицей, то после нескольких дней насилия и, в большинстве случаев, повторных сеансов, превратились просто в кукол. Готовых на всё, что не прикажи. И когда я говорю на всё, то это и имею в виду.
Добрынин прервался, бросив взгляд в сторону покинутой комнаты. Протяжно вздохнул.
— Случилась тут история, — продолжил Огр. — Одна дура, то ли мстя, то ли по глупости, приказала служанке отрезать палец. А та взяла, и, роняя слёзы, выполнила распоряжение. Без раздумий, без сомнений, сразу так и сделала. И вы понимаете, какой это пиздец? На этой Базе нужен армейский порядок. Иначе нам просто не выжить. Но какой может быть порядок, если тут два десятка голых девиц, готовых исполнить любой приказ? Вседозволенность из большинства людей может сделать натуральных свиней. Ублюдков, каким и жить не стоит. И вот у нас такие точно появятся, если этот фактор оставить. А ещё непременно поножовщина произойдёт при дележе баб. Вот и скажите мне, что в этой ситуации делать?
Да уж, не зря я хотел в столовой остаться. Проблему на нас Огр вылил действительно большую, грозившую массой бед. Нет ну вот же тварь эта Ирина! Даже после смерти продолжала гадить! Однако негодовать можно долго, а решать надо уже сейчас. Не может такое положение тянуться бесконечно.
— А что вы пытались предпринять? — спросил, пытаясь выиграть время на раздумья.
— Да ничего толкового, — произнёс Добрынин. — Пробовали уговорить одеться, силой вещи натягивали, да в общем-то и всё. Не до того было, чтобы всерьёз этим заниматься.
— Это понятно, — протянул, чувствуя забрезжившую мысль. Ведь было во всей этой ситуации нечто знакомое. Какое-то чувство дежавю. Ах да, вспомнил!
— Есть одна идея, — бросил я, а затем начал проверять одну комнату за другой, в поисках необходимого. Когда же нашёл, заслужил пару скептичных взглядов.
— Не, ну это не может сработать! — заявил Дмитрий.
Судя по морде Огра, он считал также, однако от комментариев воздержался, проследовав за мной обратно в комнату. А уже там я подошёл к ближайшей, замершей, точно оленёнок свете фар, девушке и протянув той простынь сказал:
— Закутайся в неё.
— Но мне нельзя, — неуверенно ответила та.
— Это простынь, не одежда. Тебе же можно касаться простыней?
— Да…
— Тогда делай, что я говорю. Это приказ, — последнее слово заставило девушку вздрогнуть, а затем быстро протянуть руку за тканью. Очевидно, данный термин Ирина выжгла в сознании своих жертв калёным железом.
— Это всё же сработало. Я просто не могу в это поверить, — Добрынин прикрыл лицо ладонью, явно испытывая боль от происходящего абсурда. — Чёрт возьми! Теперь на нашей базе живут два десятка домовых эльфов.
— Ну они хоть красивые, — попытался подбодрить начальство гном.
— Вот совсем не утешает.
— Возможно, Ирина и вдохновлялась ими, а может просто так совпало. Но имеем что имеем, — высказался уже я.
— Верно, главное, что одну проблему мы решим. Кстати, насчёт неё, Светлана, раздобудь простыней, пусть все в них закутаются. Это приказ.
Проводив выбежавшую исполнять поручения подчинённую взглядом, Добрынин продолжил:
— Итак, с этой трудностью мы справились, но что делать со второй? Как быть с их покорностью? Идеи есть?
Я окинул взглядом девушек, которые даже не думали возмутиться, или хоть как-то отреагировать на то, что их обсуждают. Вместо этого они опять приступили к работе, продолжая демонстрировать тела, не испытывая даже тени стеснения. Проблема была на лицо.
— Даже не знаю, — я продолжал разглядывать служанок, невольно задерживая взгляд и понимаю, что даже на фоне усталости и бурной ночи с Кристиной испытываю определённые желания. А с учётом понимания покорности этих женщин, их красоты… Чёрт возьми, это действительно был слишком большой соблазн.
— У нас даже нет психолога здесь. Да и не факт, что тот бы помог. Возможно, другой менталист бы справился. Только если у нас такой появится, то может встать вопрос, не убить ли его на месте? Во избежание, так сказать. Уж больно опасные это способности, чтобы терпеть рядом с собой тех, кто ими владеет.
— Согласен. Значит, ты Серый ничего предложить не можешь. Дмитрий?
— Может, закон объявить, запрещающий всякие поползновения? И строго наказывать, если кто нарушит? — предложил гном.
— Это можно и даже нужно. Но не факт, что поможет. Эти девушки, они ведь настоящая мечта садиста. Не пожалуются. Не станут сопротивляться. Звать на помощь. Если у какого подонка будут мозги, он всё устроил незаметно для остальных. Впрочем, один вариант есть.
— И какой же?
