Ему хватило вежливости напустить на себя пристыженный вид.
– Нет, меня уволили. Все к этому шло, уже давно.
Линдси вздохнула.
– Когда?
– В прошлом месяце.
– Что? И ты молчал?
– Знаю, мне следовало сказать раньше, но я стараюсь не взваливать свои проблемы на тебя.
Линдси огляделась, не слышит ли Мэлони. Отец никогда не говорил ничего подобного в ее присутствии: знал, что разозлится.
– Папа, что это значит? Ты все свои счета оплатил?
– Нет, кое-что еще осталось.
Линдси откинулась на спинку стула и приказала себе не паниковать. В каком-то смысле ее отец вел себя как ребенок: так было всегда, – а она опекала его, как мать.
Это одновременно и выводило ее из себя, и расстраивало. Ну почему, скажите на милость, она не может вести себя как Мэл? Установив разумные границы, думать в первую очередь о себе. Нет, Мэл вовсе не эгоистичная и не жадная, а сильная – именно такая, какой всегда старалась быть Линдси, только тщетно.
– Во вторник утром я иду на собеседование. Может, одолжишь мне… долларов триста, пока я не встану на ноги? И тогда все будет хорошо.
Линдси почувствовала, как к глазам подступили злые слезы. У нее было триста долларов, но она уже несколько месяцев упорно копила деньги, чтобы наконец съехать от Мэл, снять квартиру – пусть маленькую, но свою. Главное, чтобы был гараж или какой-нибудь сарай, где можно работать. Пока такого места нет, дела идут очень медленно, а значит, и доходы мизерные. Иными словами, свободных денег нет. И потом, она точно знала: отец долг не отдаст, как всегда.
– Папа, я…
– Обещаю, детка, это в последний раз. Работа в бакалейном магазине была слишком тяжела для меня физически, а та, которую я сейчас присмотрел, полегче. Только вот мне сказали, что, если я не оплачу счета до конца недели, мне отключат воду. И электричество…
– Папа, хватит! – Линдси было невыносимо его слышать, к тому же в зале появилась Мэл. – Извини, но больше я содержать тебя не могу.
Линдси достала из кошелька двадцатидолларовую купюру.
– Вот все, что я могу тебе предложить. На первое время хватит хотя бы на еду. Ищи работу.
– Линдси, как же я…
– Мне очень жаль, папа. Поверь: правда жаль.
Она еле сдержалась, чтобы не расплакаться, но когда к столу подошла Мэл, вымученно улыбнулась. Отец сразу потянулся к Иден, финансовые вопросы были забыты. Они вообще больше почти не разговаривали. Когда настало время прощаться, отец крепко обнял и расцеловал Мэл и Иден, сказал, что очень любит их, после чего кивнул Линдси и ушел.
В результате ее охватило острое чувство вины. Но ведь это несправедливо! Она так много для него сделала! И он никогда раньше так с ней не обращался.
Прежде чем вернуться в машину, Мэлони взглянула на сестру и нахмурилась:
– С отцом все в порядке?
– Конечно. А почему ты спрашиваешь?
– Я почувствовала странное напряжение между вами. Он что, опять просил у тебя денег?
Линдси отступила на шаг, удивленно уставившись на сестру: даже притворяться не пришлось. Такого вопроса от Мэлони она определенно не ожидала.
– Нет, с чего ты взяла?
Ну вот, теперь она лгунья. Из-за этого Линдси почувствовала себя еще хуже, тем более что Мэл не проведешь.
– Ладно. Но если он когда-нибудь еще станет просить у тебя деньги, не давай!
Линдси предпочла воздержаться от комментариев и лишь пожала плечами.
– Как скажешь.
Прошла одна неделя с тех пор, как он сбежал от Линдси, с тех пор, как они бросали обвинения в лицо друг другу, с тех пор, как между ними произошло то, что началось как потрясающий секс.
Взглянув на часы, Дерек встал из-за стола. Через двадцать минут у него назначена встреча, и к ней следовало подготовиться, но голова была занята только одним – мыслями о Линдси.
Он ненавидел себя: за то, что сбежал, но еще больше за то, что не смог вернуться. Что ж, в последнее время он слишком давил на нее. Наверное, действительно пора отойти в сторону: пусть получит столь необходимое ей личное пространство. У нее есть все основания проявлять осторожность. А он, вероятнее всего, просто глупец, если считает, что они смогут вернуться к прежним отношениям, к тому же слишком поспешил сказать то, что говорить не следовало. Но ведь он не лгал! Он действительно скучал по ней! Думал о ней! И она призналась в том же.
В дверь, предварительно постучавшись, заглянула секретарша.
– Дэвис пришел немного раньше. Пригласить его?
– Да, я готов.
Через час он пожал руку Дэвису и подписал контракт на проект нового офиса, демонстрационного зала и склада для «Приборов Дэвиса и Дженнона». Заказчики хотели получить нечто современное и функциональное, и им понравились предложения Дерека. Провожая Нейла Дэвиса к машине, Дерек чувствовал себя польщенным.
Он остановился на пороге и сделал глубокий вдох. Было пасмурно. Серое небо в точности соответствовало его настроению. Понимая, что чувствует себя все хуже, он решил поступить так же, как обычно в подобных ситуациях: отправился к Майку. Тот стоял у рабочего стола, прижав к уху телефонную трубку, и довольно улыбался, заметив друга, кивнул и продолжил:
– Я тоже тебя люблю.
