Впрочем, не думаю, чтобы Лузгаш так, с ходу, сообразил, что наша армия не сможет воевать без подвоза топлива. Войска с холодным оружием практически автономны, а он намеревался иметь здесь дело именно с такой армией. Стереотипы трудно преодолеть.
Мы подъехали к передовой в самый разгар боя. Люди Лузгаша с воем лезли на строй пеших щитоносцев с длинными мечами – тех самых витязей, что пришли мне на помощь в Баксанском ущелье и благодаря которым посольство митрополита было благополучно эвакуировано из Бештауна. Работы им доставалось мало. Прямо за строем стояли четыре танка, которые вели по наступавшей армии практически непрерывный огонь. Еще два танка находились в резерве. Когда в каком-то из танков, ведущих бой, заканчивались пули или топливо, он сдавал назад, его место занимал резервный, а вышедшую из боя машину обслуживали техники. В нее закидывали уголь и засыпали пули, при необходимости доливали воду в котел. На это уходило минут десять – и танк занимал резервную позицию, готовый вновь вступить в бой.
От трехтысячного отряда Лузгаша осталось меньше половины, и вражеские войска обратились в бегство. Танки двинулись вперед без поддержки витязей – те просто не успевали передвигаться с нужной скоростью, но все же шли следом, дабы пулеметчикам было куда отступить в случае засады. А в небе появился дирижабль, который преследовал убегающих, расстреливал врагов с воздуха. Мало кто из напавшего на нас отряда армии Луштамга ушел с поля боя в тот день.
Генерал Корнеев командовал операцией с земли, с легкого парового автомобиля, не оборудованного крупнокалиберным парометом. Генерал Юдин руководил действиями дирижаблей, прикрывавших тылы.
– Завтра вечером мы можем вступить в Бештаун, – объявил военачальник Кондрата княжне, выходя из своего автомобиля навстречу взволнованной девушке. – Основные силы врага разбиты в этой битве. Уверен, что в городе остался лишь малочисленный гарнизон. Предлагаю нанести удар танками и конницей как можно быстрее.
– Поддерживаю, – согласилась княжна. – Я сама поведу конный полк.
– Стоит ли? – спросил Корнеев.
– Стоит, – твердо заявила девушка.
Я склонил голову. Что ж, при поддержке танков вполне можно попытаться захватить город быстрее. Пока Лузгаш не успел перебить местных жителей и сжечь их дома.
Мы выехали на рассвете. Тысяча конников, восемь танков, два боевых дирижабля. Подразделение стрелков с длинноствольными ружьями на велосипедах. Я бы охотнее поехал на велосипеде, чем на лошади, но мне нужно было защищать княжну. Танки танками, а всегда требуется кто-то, кто прикрывает тыл. К тому же прежде мне не доводилось ходить в конные атаки. Любопытно было испытать новые ощущения.
Пыхтя и дребезжа, катились по дороге паровые танки. Посвистывая, разведывали дорогу дирижабли. Время от времени их парометы давали короткие очереди, уничтожая лазутчиков и конные дозоры врага. Вздымала столбы пыли с вытоптанной земли конница. Хорошо, что мы с княжной ехали впереди, рядом со знаменем. Позади от пыли было нечем дышать.
Укреплений на дороге к Бештауну враги построить не успели. Крупные отряды противника нам тоже не встречались. Только возвращавшиеся из предгорий летучие отряды, тащившие добычу либо побросавшие награбленное добро и перебившие пленников.
Вечером мы вошли в пригород, так и не встретив никакого сопротивления. Конной атаки не получилось.
Лошади были взмылены, танки раскалены. Боя в уличных условиях Корнеев опасался. Я тоже. Здесь не так просто применить танки, особенно танки без брони. Здесь замаскированной баллистой легко сбить аэростат. Одна Валия была безмятежна. Она вернулась в свою столицу, в свой родной город. Княжна намеревалась биться за него честным клинком, не используя выдумки монахов. И не страшилась погибнуть в бою за свою страну.
– Впереди, на другом конце города – большой воинский отряд, – просигналил командир боевого дирижабля в ставку главнокомандующего.
Что ж, мы были к этому готовы. Солнце опустилось к самому горизонту, а двигать армию по городским улицам в темноте, где на каждом шагу можно устроить засаду, решился бы только безумец. Нужно было разведать обстановку, и уже тогда предпринимать решительные действия. Поэтому в пригороде мы остановились, заняв три квартала и выставив часовых.
Ставка генерала Корнеева расположилась в большом двухэтажном доме, принадлежавшем знакомому Валие купцу. Ни купца, ни его домочадцев, ни даже слуг в доме не оказалось. Убиты? Уведены в плен? Сбежали? Трудно сказать…
К центру города были посланы летучие дозоры – пешие, на конях и на велосипедах. На несколько кварталов впереди город словно вымер. В домах можно было найти только одиноких старух, которые не могли ничего толком рассказать, да тяжелораненых. Мертвых тоже хватало – враги свирепствовали здесь совсем недавно.
К полуночи возвратился отряд специально обученных разведчиков Славного государства, пробравшийся до самого Провала. Они доложили главнокомандующему, что дворец княжны и постройки вокруг него заняты повстанцами – воинами Салади. И те знают о приближении армии союзников.