Лиззи не отходила от него, как курица от своего цыпленка. На ней было атласное платье цвета морской волны, отделанное кружевами. Но несмотря на свою привлекательность, Лиззи всегда старалась держаться в тени. Однако сейчас, видя, что наглые девицы осаждают Алека, Лиззи, казалось, была готова схватить костыль и отогнать их от стола. Заметив Джес, она подошла к ней, недовольная тем, что Алек флиртует с девушками.
Джесинда с улыбкой посмотрела на подругу. Лиззи предложила выпить лимонада, но она отказалась. Затем они обе посмотрели на Алека.
— Какой негодяй! — заметила Джесинда.
— Это правда, — со вздохом согласилась Лиззи, — но никогда нельзя ставить крест на человеке. — Грустно покачав головой, она продолжала: — Надеюсь, ему надоест играть прежде, чем за стол сядут джентльмены и сделают крупные ставки. Впрочем, зная его, могу предположить, что он ждет именно этого, а сейчас просто разогревается перед большой игрой.
— Нет, я уверена, что он не настолько глуп! — в ужасе воскликнула Джесинда. — Роберт запретил ему играть по большой, предупредив, что иначе он перестанет давать ему деньги.
Лиззи бросила на подругу печальный взгляд.
— В чем дело?
— Роберт уже отказался давать ему деньги, Джес. Это произошло, когда ты была в деревне. Алек признался мне в этом несколько дней назад. Роберт заявил, что не будет давать Алеку деньги на личные расходы до тех пор, пока тот не докажет, что может обойтись без игры в карты. Алек не должен садиться за карточный стол по крайней мере в течение месяца. Но в «Бруксе» он снова проигрался в пух и прах. После этого братья сильно повздорили. Я ни в чем не виню Роберта. Ведь кто-то должен вразумлять Алека, наставлять этого негодника на путь истинный… но… Одним словом, я не знаю. У меня сжимается сердце, когда я вижу, что Алек страдает.
— Дорогая, не надо так волноваться, — мягко сказала Джесинда. — Ты все равно не сможешь спасти его.
— Я знаю, но мне больно видеть это.
— А мне больно видеть, как ты страдаешь.
— Если бы это действительно было так, ты не убегала бы из дома, — упрекнула подругу Лиззи и, бросив раздраженный взгляд на девушек, продолжала: — Прошу тебя, уведи подальше отсюда этих глупых куриц.
Джесинда засмеялась и кивнула. Лиззи поспешила к Алеку, а она и ее новые подруги прошли через салон и снова оказались в бальном зале. Девушки протиснулись сквозь плотную толпу аристократов туда, где стояли родственники леди Найт.
Дафна сразу же преобразилась. Она была сама любезность. Девушки сделали реверанс и наговорили множество комплиментов леди Хоксклифф и Элис по поводу их нарядов. А затем окружили лорда Гриффита. Йен, похоже, был ошеломлен внезапным появлением юных красавиц и теми знаками внимания, которые они ему оказывали. Роберт насмешливо поглядывал на друга, а Бел и Элис поцеловали Джесинду в щеку.
Жена Люсьена, Элис, была миниатюрным, похожим на фею созданием с яркими синими глазами и белокурыми волосами. На ней было атласное платье персикового цвета, которое прекрасно сочеталось с ее белоснежной кожей. Бея, герцогиня Хоксклифф, считалась одной из самых очаровательных женщин высшего общества. На ней было розовое шелковое платье с длинными рукавами из прозрачного воздушного крепдешина. Волосы цвета спелой пшеницы и синие, как васильки, глаза придавали ей сходедво с грациозной безмятежной античной богиней. Ее внешность контрастировала с обликом черноволосого кареглазого Роберта, одетого в черно-белый костюм.
— Тебе нравится здесь, Джесинда? — спросила Элис.
— Очень. Но где твой муж? Почему он не приехал сегодня?
— Он в Сомерсете, занимается сельским хозяйством, — с улыбкой сказала Элис.
— О, дорогая, как я знаю, в этом году вы надеетесь собрать свой первый урожай, — промолвила Джесинда. Она еще не видела Ревел-Корт, новое имение Люсьенд, перешедшее к нему по наследству от его настоящего отца, якобинца.
— Да, это так. Но в хозяйстве возникли трудности. Нанятый Люсьеном управляющий не справляется со своими обязанностями. Арендаторы жалуются на то, что у них недостаточно рабочих. Не знаю, что будет дальше. Люсьен не хотел ехать, но я сказала ему, что по вине управляющего мы можем потерять урожай. Поэтому он все же отправился в имение. Муж хочет до начала сенокоса навести порядок.
— Я уверена, что Люсьен быстро во всем разберется.
— Правда? — с улыбкой спросила Элис. — Мне бы очень хотелось, чтобы ты оказалась права, дорогая. Но боюсь, что он ничего не понимает в сельском хозяйстве. Если бы-не дети, я сама бы отправилась в деревню. Но в конце концов решила, что мужу пора учиться управлять имением.
Джесинда засмеялась, признавая в душе правоту невестки.
— К счастью, Йен в отсутствие мужа любезно согласился сопровождать меня на бал, — продолжала Элис, бросая нежный взгляд на маркиза, который был явно смущен тем, что Дафна и ее подружки беззастенчиво флиртовали с ним.
— О да, это достойнейший из мужчин, — согласилась Бел и многозначительно посмотрела на Джесинду.
— И знаете… — заметила Элис, и в ее глазах появился озорной блеск, — у него икры идеальной формы, правда?
