Голос был не из приятных. В нем сквозило явное нежелание лично разговаривать с героем материала. Пономарь уже несколько минут назад засек этого молодого человека по характерному излучению ГУЛовской программы. Запрограммированных поблизости было целых четверо, но из них лишь этот парень походил на журналиста. И Игорь Сергеевич не ошибся.
- Да я... - ответил целитель поворачиваясь и гладя корреспонденту в глаза.
- Мне тут поручили с вами побеседовать... - Илья Под-дубный не скрывал, что пришел сюда только под давлением начальства. - Только я не понимаю зачем...
- У вас время есть? - Напрямую спросил целитель. - Я хотел бы вам кое-что показать...
- Положим, есть... - с нехорошей ухмылкой ответил парень. - А насчет гипноза, не беспокойтесь. Я неподдающийся...
- Что вы, - замахал руками Дарофеев, - никакого гипноза!
По пути в Люберцы Игорь Сергеевич успел сразу несколько вещей. Он не только снял программу ГУЛа и повесил свою защиту, но и успел вскользь просмотреть содержимое мозга журналиста. Оказалось, что Илья, как и многие, не верит в существование парапсихологии как науки, объясняя все феномены внушением на расстоянии. Признание последнего - было единственным допущением со стороны журналиста. Поддубный не раз встречался с разного рода целителями, экстрасенсами, но из всех этих визитов вынес одно - все они сплошняком шарлатаны. Кто более, кто менее талантливый, но шарлатаны. ГУЛ очень удачно выбрал именно этого человека для разоблачительной статьи.
Поймав мысль журналиста о том, что везущий его господин не более чем шибко о себе возомнил, Игорь Сергеевич решил поразвлекаться. Вызвав блок невидимости, Пономарь вошел в это состояние. Парень, сидевший не штурманском сидении, внешне не отреагировал. Но целителю выло видно, как резко изменился его энергетический фон.
В глазах Ильи читалось: "Гипноз!.." И он был почти прав.
Пономарь увидел, да и почувствовал, как парень, словно невзначай потянувшись, раскинул руки и ощутимо задел ногу Дарофеева. После этого, убедившись, что Игорь Сергеевич на месте, а не испарился, Поддубный успокоился и, очередной раз уверившись в том, что гипноз может творить чудеса, отвернулся к окошку машины.
Выехав за кольцевую, Пономарь разошелся.Невозмутимость парня почему-то жутко веселила Дарофеева и следующим номером представления Игорь Сергеевич выбрал левитацию. Теперь он знал, что с помощью "Жалюзи" может поднимать очень большие грузы. "Москвич" же был грузом большим, но не очень.
Не переставая быть невидимкой, целитель вошел в "Жалюзи" и поднял машину над дорогой. Илья сперва не отреагировал, и Пономарь увеличил высоту. Машина полетела сперва над дорогой, потом чуть свернула на обочину.
Дарофеев заглушил мотор, стал видимым и демонстративно отпустил руль. Водители, ехавшие навстречу, невольно притормаживали, увидев необычайное зрелище. Те же, кто ехал сзади, начали отчаянно сигналить, не решаясь обгонять плывущий по воздуху "Москвич".
- Вам это внушение не мешает? - Глумливо поинтересовался журналист. - Или мы все еще в Москве, на "Пушке"?
- Хотите - выйдите, убедитесь. - И Дарофеев, обнаружив впереди по курсу небольшое болотце, заросшее пока еще зеленым камышом, опустил машину прямо в него. Парень смело открыл дверцу, вышел, и по колено провалился в тину пополам с грязью.
- Качественно. - Поразился Илья. - Даже холод почти натуральный...
Это так рассмешило Дарофеева, что он не выдержал и вслух расхохотался.
- Ладно, - сквозь проступившие слезы примирительно сказал Игорь Сергеевич, - поехали дальше.
Илья забрался в салон, а Пономарь поднял автомобиль и переместил его на трассу.
- Смею вас уверить, что ряска на ваших джинсах самая настоящая, а не внушенная. Как и вода в кроссовках...
Журналист волком смотрел на Дарофеева, но тот, игнорируя эти взгляды, вел машину к генеральской даче. Половина дела была почти сделана. Илья не мог отрицать реальности происходящего, а если у него и оставались какие-то сомнения, то Игорь Сергеевич готов был их развеять. Пономарь, в принципе, не любил показывать "чудеса", работая на публику. Это все же был изрядный расход психических сил, которые требовалось преумножать и экономить. Другое дело, "чудить" для работы... Но сейчас как раз был тот случай, когда Поддубный мог помочь целителю и не только в деле его реабилитации. Как-то так случилось, что среди дарофеевских пациентов журналистов почти не было, а если и были, то такие, которые разъезжали по заграницам, делали оттуда репортажи и застать их в Москве, когда они были необходимы, не представлялось возможным.
Роза-Света радушно встретила газетчика. Попыталась угостить его чаем, но Игорь Сергеевич отложил принятие пищи физической на потом. Присев напротив журналиста, который вынужден был снять джинсы, кроссовки и носки и сидел теперь в махровом халате генерала, утопая в нем по уш и, Дарофеев спросил:
- Вам как, теперь представить документы, или поверите мне на слово?
- Давайте и так и так... - уже более миролюбиво ответил Илья.
- Хорошо... У вас диктофон с собой?
- Всегда.
- Тогда - включайте...
