— А что же тогда делать? — Брат, с сомнением написанном на лице, в то же время прокручивал в голове варианты выхода из ситуации. Странно, ему-то казалось, что он вчера убедил родственницу в безопасности намеченного мероприятия. Оказалось, что не до конца.
— Ты, по большому счёту прав, раз уж оборотни находятся в таком положении из-за неполноты ваших сведений, то с этим нужно что-то делать. Мне, как ты понимаешь этот вопрос, далеко не безразличен, но и просто так пойти и сдаться властям я не могу. Тут дело даже не в инстинктах, хотя чувство самосохранения и так вопит на пределе громкости. Разумом я понимаю это даже лучше, так что за здорово живёшь сдаваться, не собираюсь. Есть вариант.
Денис коротко кивнул, демонстрируя, что он слушает и готов согласиться, по возможности, на её условия.
— Если намеченные события будут развиваться для меня не благополучно, я не хочу ставить себя заведомо в проигрышную позицию. Поэтому предлагаю такую тактику. Ты едешь сейчас к себе на работу и рассказываешь обо мне кому надо, я в это время, еду за город, допустим… в деревню, и жду вас там.
— Постой, какую ещё деревню? Где она хоть располагается?
— Ну, на ту старую. Где сад ещё раньше был.
Парень искренне возмутился.
— С ума сошла? Как ты туда проедешь? Дороги, небось, по крышу замело, не один транспорт не проедет.
— Разберусь как-нибудь, и вам придётся разобраться, потому что, те, кто поедут со мной на встречу, им придётся тоже ехать туда. Если что, то там я всегда смогу убежать от любого самозваного охотника, и если переговоры пойдут не так как нам бы хотелось, всегда смогу уйти раньше, чем они опомнятся.
— Мелка, не дури! Тебе ли не понимать, что даже если что-то пойдёт не так, никуда ты не денешься. Ну, убежишь, а тебя тут ждать будут. Или ещё где-нибудь, да мало ли способов?
Оборотень качнула головой и саркастично скривила в улыбке губы.
— Мало, если я уйду в леса, а ты знаешь, какие они у нас там, то меня ни одна поисковая команда не поймает. И… Денис, не хочу с тобой спорить, либо соглашайся на мои условия, либо давай забудем об этом разговоре вообще. Да и не ты ли меня только что убеждал, что всё пройдёт как надо?
— Ладно. — Он поднял руки, признавая своё поражение. Видя упорство сестры, Денис тоже стал подумывать о том, безопасно ли то, что он затеял? Он то конечно может быть уверен в своём руководстве, но чужая душа потёмки, мало ли что может произойти.
Он поспешно тряхнул головой, но избавится от назойливых мыслей, оказалось не так просто. Вот ведь Меленка со своим заразным мышлением! Он резко поднялся со стула, на ходу допивая уже остывший чай.
— Я на работу, а ты давай дуй куда планировала. И, м-м-м, как неудачно, что ты вечно без телефона, в общем, будь на нашем участке, что бы тебя искать долго не пришлось. Одеться потеплее не забудь, а то знаю я тебя.
С улыбкой, проводив брата взглядом, она, подумав мгновение, залезла в холодильник, решив перед трудным днём, как следует подкрепиться. Ведь завтрак самый важный приём пищи! Хотя сама Мелена считала таковым каждый.
Мелена впервые попала в такую ситуацию, когда неизвестно что может понадобиться и непонятно как планируют развиваться события. Она довольно сильно волновалась и не представляла, что делать дальше. Однако, чуточку успокоившись и трезво оценив ситуацию, оборотень взялась за сборы. Конечно, если довериться брату, то ничего подобное ей не понадобится, но ведь неизвестно что случится в будущем, так что подсознательно девушка готовилась к самому худшему. Что могло ей пригодиться? Если, скажем, придётся бежать? Вещи? Любимая фарфоровая статуэтка? Она знала таких людей, которые действительно не могли вдали от дома оказаться без чемодана всякого барахла. К счастью, к таковым себя Мелена не относила никогда, но и сейчас был экстренный случай. Что могло ей понадобиться в случае, если придётся действительно удариться в бегство? Подумав, он решила остановиться на паспорте и наличных, максимальное количество которых не помешало бы её передвижению. Всё оказалось до тривиального просто: документы, и деньги. Что ещё нужно для счастья вдали от дома неприхотливому оборотню? Девушка искренне считала, что ничего.
