Просыпаюсь тяжело, сознание отказывается возвращаться, ворочаюсь долго, прежде, чем открыть глаза. Пусть отпуск будет просто плохим сном, готова захныкать. Возле двери слышу Машкину болтовню. Осматриваюсь. Люкс для утех с Миланой значит, гостиную вчера пролетели и не заметила, спальня… Пафосно, белая с позолотой мебель не в моём духе, не вдохновляет, не поражает шиком, плотные шторы цвета золота до сих пор задёрнуты, полумрак разгоняет неяркая подсветка по периметру потолка. Принцессой себя не ощущаю, скорее разбитым корытом. Вот постель точно потрясающая, мозг гудит, а тело отдохнуло.
— Вставай, соня просоня, — певучим голоском вещает пакостница, отдёрнув по очереди шторы, впускает солнце.
— Не могу.
— Кирилл не промахнулся значит с номером для утех, хнычешь устало.
Рывком сажусь.
— Маша, это совершенно не смешно!
— Отчего же, очень даже. Воевали, воевали, а сейчас какие милахи, за ручку ходите.
Смотрю на неё зло. Расправляет подол платья, вертится перед зеркалом.
— Не ходим, он просто меня тащил.
— Тащить — это повод ухватить за ладошку. Ты бы видела, как бесновался и плакался наш мачо Влас, пока Игорь не убедил его, что никто тебя не послал к нам намеренно, просто мы нахимичили.
— Так и поверила, — вскакиваю с постели.
— Чтобы Влас завтраки носил, что-то невероятное.
— Завтраки? — глаза натыкаются на стакан кофе на тумбочке и пакет с чем-то.
— Сказал завтрак местный есть не будешь.
Во первых оказалось не кофе, а чай, второе, пакет свежего печенья и третье, Машка в красках, пока я собиралась, расписывала диалог монстра и Игоря. Хотелось верить, что я тянусь к нему, а он ко мне, сомнения всё же остались. Обнародованы смены его настроения. Значит расстроился… Попереживал и убил, если бы действительно оказалась приманкой для них. В этом почему-то даже не сомневаюсь. Чаще и чаще приходит мысль, с ними я ничерта не в безопасности, а наоборот.
Выходим из гостиницы, солнце слепит, жмурюсь, попутно озираюсь в поисках подозрительных. Знать бы ещё как выглядят. Я получается ошиблась, обозналась, просто прохожий глазеющий на машину. Трудно верится, но выходит так. До вечера у нас день развлечений, отпуск всё-таки, горланит подруга. Вернулись из-за нас, побоялись оставить одних. Думают я дурочка, не понимаю, они что-то замышляют и знают.
— Кино, магазины, потом кафешка… — оглашает Машка список.
Очень хочется спросить, но я молчу, где мужики. Чем заняты, что у нас культурная программа запланирована. Но как только дошли до кинотеатра, вопросы отпали, Игорь и Влас обнаружились на первом этаже. Время обед давно, пока шагаем к столику, занятый нашими здоровяки, по-идиотски глазею на монстра. Какой он… Эти руки, улыбка… Только подумала, развернулся, обдал взглядом тёплым, на губах ядовитая усмешка, внимательно присмотрелся. Джинсовые шорты, обычная футболку, сандалии на мне те, которые он купил, хромаю слегка. Действие чудо укола кончилось, болит не так сильно, но полноценно не наступаю. Чего ожидал? Платья прикрывающего трусы, у меня таких не имеется. Садимся между ними, и я ни теряя ни секунды приступаю к допросу.
— Что задумали?
Замолкают, а мой кобелина усмехается и поглядывает на Игоря, не уж то глазами, или как там, мысленно общаются. По мордам вижу… Ужас! Несёт с самого пробуждения, остановиться не могу. Фантазия разыгралась и видимо гормоны, ощущение, словно рядом сидит буквально полубог и я готова поклоняться. Глазеть пуская слюни. Сдавливаю виски, упираясь локтями в стол и поддерживая голову. Тяжёлая неимоверно. Поднимаю лицо, по-очереди каждому в глаза заглядываю.
— Я до сих пор подозреваемая? Мне знать не положено?
Игорь только раскрывает рот и снова закрывает под недобрым взглядом монстра.
— Понятно, так и есть. А кто у вас тут главный, старший… Как называется… Альфа, — закончила радостно, жду ответа.
Лыбятся, переглядываются.
— Может хватит? — лопается терпение.
Игорь сдаётся и продолжая лыбиться говорит:
— Это в сериалах, альфы, бэты. В реальности всё намного проще.
— Поделитесь, насколько проще.
Не торопятся. Монстр разворачивается ко мне всем корпусом и говорит Игорю.
— В кино без нас, мы сразу по магазинам.
Машка чуть не подпрыгивает от возмущения, притихла вдруг, будто осадили.
— А-а, ты значит?
Гадкая усмешка кривит губы, умеет быть противням. Машка поднимается, схватив Игоря за руку.
— Мой старший, — вытаскивает из-за стола своего Альфу.
Тьфу ты! Притормозить не могу. Киноиндустрия и литература вбили намертво в башку понятия о мифических существах и их укладе. Оглядываюсь на подругу, тащит Игоря на буксире, чего-то там бухтит недовольно. А с меня в это время не спускают глаз, тяжело сглотнув останавливаюсь на совсем близком лице.
— Что?
— Язык откусить хочу, — склоняется ещё ближе.
