Волчий бой был коротким. Волчица достаточно долго прожила в этом мире, чтобы научиться платить злом за зло и добром за добро. Очень скоро молодой самец лежал у ее ног с оторванной головой, истекая кровью. Несколько мгновений волчица смотрела на остывающий труп, затем, встряхнувшись, чувствуя, как проходят ярость и гнев, потрусила к своему ребенку, небольшим несчастным клубочком свернувшемуся неподалеку. Подбежав, она сначала пару раз лизнула юную волчицу в такую же, как у нее, шоколадно-серебристую мордочку, потом присела рядом – и через секунду вместо грозного зверя оказалась обнаженная молодая красивая женщина с мудрыми глазами, которые видели слишком много горя на своем веку. Женщина ласково погладила волчицу, зарываясь руками в шелковистый мех и роняя на него горькие материнские слезы, мягко успокаивая свое дитя:
– Прости меня, девочка моя! Я не успела! Подвела тебя! Не думала, что этот щенок посмеет. Ведь это твой первый забег, ты еще слаба и молода. Господи, тебе ведь только шестнадцать, а он… Доченька, прости меня, солнышко мое, не выследила гада! Но щенок Дурси больше никогда не сможет испачкать тебя своими лапами. Больше никогда не прикоснется к моей маленькой девочке! Больше никто из их поганой семейки не посмеет причинить тебе боль. Малышка моя!
Ее девочка-вер в волчьей ипостаси размерами больше походит на щенка крупной собаки. Шмыгнув носом, маленькая волчица приподнялась на трясущихся передних лапах и с любовью лизнула мать в лицо, а потом, испуганно придвинувшись к ней, боязливо осмотрелась. Заметив труп так не долго бывшего ее мужем молодого самца, она, округлив глаза в ужасе, бессильно привалилась к матери. В ее голове крутилась только одна мысль, затмевая весь пережитый кошмар: «Что теперь будет? Со мной, с мамой, с папой, слишком слабым, безвольным… добрым и обожаемым?»
В ответ на ее вопрос, на поляну выскочила стая. Вожак, бежавший впереди, увидев околевший труп сына, споткнулся на бегу, но сумел удержаться на лапах. Подошел к поверженному волку и горестно завыл, а потом, резко прервав прощальную песнь, без предупреждения кинулся на волчиц, сжавшихся под настороженными и трусливыми взглядами остальных членов стаи.
Вожаку осталось мгновение, чтобы добраться до шеи голой женщины, всем своим телом закрывающей дочь-волчицу, но в этот момент между ними метнулась тень – отец девочки и пара женщины-вера, как и положено главе семейства, встал на их защиту. К сожалению, стремительный рывок волка лишь на пару мгновений остановил вожака, а затем он был отброшен в сторону мощными челюстями. Дальше стая наблюдала, как обнаженная женщина обернулась волчицей и кинулась на подмогу своей паре…
Но красивая волчица повторила судьбу молодого самца, напавшего на ее дочь – упала с оторванной головой к ногам своего мужа. Ее пара, потеряв рассудок от горя, бросился на вожака. Маленькая волчица, в ужасе застыв, смотрела, как их жестокий и беспринципный вожак, упершись лапами в грудь ее поверженному, но еще сопротивляющемуся отцу, перебирая челюстями, подбирается к горлу. Отец, чуть повернув голову, затуманившимися от неминуемо приближающейся смерти глазами показал ей: «Беги!» Затем его глаза расширились и в последний момент скользнули по обезглавленному телу верной волчицы. Его постигла та же участь. В следующую секунду молодая самка юркнула в кусты незаметно, а может, заметно, кто признается, для стаи, с молчаливым безропотным сожалением наблюдавшей за гибелью этой славной пары.
Маленькая волчица неслась по лесу, теперь уже спасая свою жизнь, а не честь и свободу, ясно понимая, что ее никогда не оставят в покое. Глава клана Дурси, частью которого была семья этой девочки-вера до сегодняшнего дня, не позволит ей жить, в то время как его единственный сын, пожелавший сделать девочку своей игрушкой и женой вопреки ее желанию, умер. Жизнь за жизнь – и неважно, что за желания младшего Дурси заплатили жизнью ее родители. Теперь ей самой придется выживать в этом жестоком к верам мире людей и машин.
Слезы и дикая, ни с чем не сравнимая тоска, боль потери своих родителей жгли глаза и душу маленькой несчастной волчицы. Ноги наливались свинцом, но она упорно бежала прочь. Прочь от этих бездушных волков, которые не защитили ее семью ни сегодня, ни год назад, когда на нее, пятнадцатилетнюю девушку-подростка, обратил внимание сорокалетний хозяйский сын Итан и стал всюду преследовать. Они, взрослые сильные веры, просто наблюдали, как гибнет ее семья. Прочь с этой земли, которая адским пламенем горит под ее ногами!
– Пока, Джон, надеюсь эта ночь пройдет у тебя, как всегда, спокойно?!
– Пока-пока, доктор Ирвинг, надеюсь, ваша ночка пройдет не в пример моей, как можно веселее и неспокойнее!
