– Гадство. – Черты лица Авы оставались замкнутыми, даже голос не выдал того чувства, которое вибрировало внутри. Немного отсидевшись в покое, она позволила себе высказаться более откровенно: – Этот мазурик, этот раскормленный проходимец оскорбил меня. Он посмел заявить, что мы-де
– Нам нечем ответить ему, Ава. С досмотром груза ничего не получилось, зато Хау разыграл досмотр как шоу в свою пользу.
– Я хочу, чтобы Борин Хау был дискредитирован раз и навсегда! – Ава негромко, но сильно пристукнула кулачком по полу. – Ониго, сделай из него политический труп. Как можно скорей! не дай ему улететь чистеньким. У тебя сегодня есть толковые ребята в Аламбуке?
– Есть. – Ониго осунулся и глубоко вздохнул. – Но у них важное задание.
– Отложи его!
– Мои люди завалятся и погорят на твоём деле.
– Какое может быть «моё», «твоё»?! Град оскорблён, а ты делишь дела на свои и прочие!.. Золотой Луч, твои по многу раз меняют обличья и остаются в тылу чёрных. Придумай что-нибудь; ты сможешь, я уверена. Возьмись за это. Скажи мне «да». Угута Ониго, слышишь? я требую ответа.
Вместо ответа полковник дотянулся до папки Авы – он знал, что там лежит, – раскрыл её и погрузился в чтение. Ава решила придержать свои настойчивые требования; если полковник взял что-то в руки, он уже приступил к оперативной работе, и мешать ему не следует.
Ониго изучал биографии фигурантов дела с «Леди Гилфорд». У Хау послужной список гладок, как его щёки. Таких безупречных людей не бывает – значит, шероховатости подчищены. Офицеры и команда «Леди Гилфорд» – обыкновенные космены с мелкими грешками. Бригада ВП – либо блаженные кликуши, ополоумевшие от либерализма, либо пройдохи и шпионы под стать Борину, травленные и щёлочью, и кислотой. Как подкопаться?..
Полковник последовательно зондировал в уме все возможности расклинить ситуацию. Вот сведения о троих пропавших, которыми Ава уела капитана баржевоза... Уела, она умеет! Пришлось хорошенько пощипать сыскарей за уши, чтобы собрать полный объём данных об однокурсниках командира «Леди Гилфорд» и их судьбах.
«Два первых имени опустим, этих людей сейчас не отыскать. Что остаётся? Дорис Гурден, навигатор „Звёздного Флага“. По федеральному ей тридцать шесть годов, пропала 6 марта 6242 года. Ей очень близко соответствует некая Коел Дром, навигатор с „Обороны“, корабля Нихана Гурга из Неминучих Ножей. Она находится в Аламбуке, поскольку „Оборона“ чинится на верфи в долине Тога..»
– Да, наогэ. – Ониго опустил веки, склонив голову и согласно прижав уши. – Я берусь уничтожить Борина Хау.
– Соскучились? – Сузив глаза, Удюк Лишай любовался сворой недорослей-оборванцев, собравшихся вокруг него и Псицы. – Ну, чего натырили? выкладывайте.
Сегодня ночка светлая – «князёк» воротился в ребятник! наверняка не с пустыми руками; он всегда что-нибудь притащит.
– Покражи много, – гордо и важно объявил Палец, в отсутствие старшого заправлявший беспризорниками. – Вот наличка. – Он вытряс у ног Лишая тощий кошель; образовалась кучка, где монеты перемешались с купюрами. – Дорожные чеки и кредитки выдоили начисто. – К ньягонским деньгам прибавился чуток иноземных. – Налоги за жильё, за крышу и в общак уплачены.
– А доля Дуки? – В расчётах с вожаком погрешностей быть не должно, иначе расплатишься хвостом или ушами.
– Кассир сказал, ты сам притащишь. Ждёт до твоего возврата. Хотя оценщику мы предъявили, он всё записал.
– Показывай вещички.
Один из мальцов-оборвышей, улыбаясь до ушей, перевернул суму – посыпались таймеры, брелоки, всякая карманная и поясная электроника, расчёски и носовые платки, упаковки мятных освежителей, тампоны, гормоны в пилюлях, барсетки, пакетики наркотиков и подозрительных таблеток, ножики (эйджи зовут их перочинными), дамский пистолетик, парализующие разрядники и слезоточивые спреи, механические часы с цепочками (антиквариат! или новодел?), кулоны и запонки.
Удюк довольно ухмыльнулся. Понятно, часть добычи рассосалась по карманам и будет продана на стороне, сколько-то денег ушло на откуп от чужой стражи, но видно, что ребятня не отлынивала.
– Ладно, где-нибудь соток на пять потянет... Половину Дуке, сотку в заначку, сотку мне, остаётся тридцать крин.
– И две, – пискнул кто-то.
– С тебя две, обсосок! за то, что пасть разинул. Чтоб завтра добыл, ясно?
Две выпавшие при делёжке крины достались Пальцу как бонус. Остальное Удюк разбросал ребятам; принадлежащие им хапушки и малявки должны молча сидеть на корточках позади своих пацанов.
– Чего-то я не понял, – пригляделся Удюк. – Кого нету? Так, Шангула нет с его хапкой, Носача... а где эта, лысуха?
– Загнулась от горячки. – Палец упрятал долю в потайной карман под поясом. – Отнесли в отнорок, там и кокнула. Её пси утащили.
– Пси совсем обнаглели, – заметил паренёк с распухшими, гноящимися веками. – Идёшь, а они урчат, подбираются. Отраву бы им положить...
