— В таком случае я попрошу вас задержаться на некоторое время здесь, пока не будет принято окончательное решение. Мы сообщим вам. Либо вас примут, либо нет. В последнем случае будет считаться, что вы продолжаете свою экспедицию, а ваш доклад будет принят как частичный доклад в связи с кратковременной остановкой около Айса. До связи.
— До связи, командир. — ответила Инли и экран погас. — Почему ты не захотела доказывать, что ты — это ты? — спросила Инли.
— Потому что я не вижу способа доказать это с абсолютной точностью. — ответила Джесси. — Может быть множество косвенных доказательств, но прямых — нет. И, собственно, я не вижу вообще какого-либо смысла делать это.
— Почему? Тебя приняли бы в этом случае без каких-либо оговорок.
— Инли, я предпочитаю доказывать все делами, а не словами. Если мне не верят, я не стану выходить из себя, чтобы доказывать, будто я не верблюд.
— Не кто? — переспросила Инли, не поняв слова.
— Не горбатый, не хромой… - произнесла Джесси. — Если тебе скажут, что ты вор, как ты докажешь обратное?
— Для этого существует презумпция невиновности. — ответила Инли.
— Вот и здесь так же. Я сказала кто я? Сказала. Пока у вас нет доказательств обратного, вы не можете обвинять меня во лжи. Если вы обвиняете меня в этом, значит вы нарушаете ту самую презумпцию невиновности. У вас может быть куча разговоров по этому поводу. О том как, да что. Вы вправе верить или не верить. А я вправе говорить то, что я говорю. — Джесси специально говорила все на языке миу, чтобы Авурр понимала ее слова.
— Теперь понятно, почему ты улетела тогда из зала суда. — сказал Рри.
— Какого суда? — спросила Инли.
— У людей той планеты был один глупый закон, как раз нарушающий презумпцию невиновности. Ей хотели присудить двадцать лет тюрьмы за то, что у нее не было документов и она не желала рассказывать о себе. Она так же назвала свое имя и имя Марри и все. Хотите верьте, хотите нет. Как говорится, какое мне дело, что обо мне думает заяц. Пусть скажет спасибо, что я ловлю волков, а не его.
— Это так и было? — спросила Инли.
— В общих чертах — да. Правда, в этом случае надо добавить, что все зайцы и волки абсолютно противны на вкус и все зайцы красавцы, каких свет не видывал.
— Кошмарр! — прорычала Инли. — Мне и представить такое трудно.
— Я никак не могу понять, о чем речь. — сказала Авурр.
— Представь себе, что миу поймали хийоака и решили посадить его в тюрьму за то, что он был без документов.
— Глупость какая-то. — прорычала Авурр. — Миу никогда не станут ловить хийоаков.
— А ты представь, что они не знают, что он хийоак, и он в виде миу. И к тому же, у него нет желания показывать, кто он.
— Это можно представить, хотя непонятно, зачем его сажать в тюрьму.
— Ты это понимаешь, а люди той планеты — нет. Они решили, что нет бумажки — ты преступник. И тебе положено двадцать лет тюрьмы.
— Какой-то террористский закон. — ответила миу.
— Вот и мы так говорим. — сказала Инли. — Ладно, лучше обсудим, что делать, если отправимся сейчас к Реалу.
— А мы можем не отправиться? — спросила Авурр.
— Авурр, мы не были дома уже долгое время. Я не думаю, что для тебя так критично — полетим мы сейчас или через несколько дней. Экипажу нужен отдых. Половина рритов вообще может не отправляться к Реалу.
— Я понимаю. Я думала, что вы вообще не хотите туда лететь.
— Полетим, Авурр, обязательно. — ответила Инли. — Ты знаешь, как провести связь, чтобы нас приняли?
— Реал планета первой категории. — произнесла миу, словно отвечала на уроке. — чтобы получить связь, достаточно направить в систему любой радио- или полевой сигнал на одном из языков, известных хийоакам. В них входит и язык рритов.
— Входит? — удивилась Инли.
— Да. Планета Союза не может иметь первую категорию, если она не способна понять языки существ, живущих в галактике. Есть, конечно, такие языки, которые не известны хийоакам, но это либо малораспространенные, либо планеты, на которых они используются, слабо изучены. Существует список, который включает в себя около двух сотен языков. И есть специалисты, которым известны все эти языки.
— И такие специалисты есть среди миу? — спросила Инли.
— Нет. Это либо изменяющиеся хийоаки, либо астерианцы.
— Значит, нам достаточно послать сигнал, и нас примут без оговорок?
— Нет. Корабль не может быть принят без оговорок или только по одному сигналу. Это возможно только для хийоаков первой группы, они могут войти в систему и высадиться на планеты вообще без какого-либо предупреждения.
— И их не собьют? — спросила Инли.
— Их невозможно сбить. Как это происходит, мне неизвестно. Нам было сказано, что это так. Формально, они имеют неограниченные права, но при этом они не могут требовать наказания кого-либо за нападение на них или попытки причинить им вред.
— Я что-то не понимаю. — сказала Инли. — Как это неограниченные права, и в то же время они не имеют права на защиту?
— Дело в том, что она им не требуется. То есть в Союзе не существует средств, способных это сделать.
— И много таких хийоаков?
— Шестеро. Они недавно вернулись от Бегущей звезды.
