После парада Кэму и обоим его помощникам пришлось заняться уличной регулировкой. В южной части города Бад Хьюитт с энтузиазмом дул в полицейский свисток и подавал быстрые команды руками.
Когда уличное движение стало спокойней и больше не требовалась регулировка, Кэм покинул перекресток.
Только он успел ступить на тротуар, как услышал аплодисменты.
– Отличная работа, командир. – Ему ухмылялся Блейр. – Знаешь, мне как-то трудно связать парня, приковавшего машину Паркера цепью к телефонной будке, с этой жестяной звездой шерифа.
– А твои шефы из «Пост» знают, что в свое время ты запустил скунса в женскую раздевалку, а сам стоял снаружи с «Полароидом»?
– Конечно, я упомянул это в своей автобиографии. Не хочешь выпить чашечку кофе у «Марты»?
– Давай рискнем и выпьем отравы у меня в конторе. – Усмехаясь Блейру, он двинулся ему навстречу. – Ну так Клер что-нибудь говорила обо мне?
– Нет, если не считать того, что она спросила меня, не сказал ли ты чего-нибудь о ней?
– И что ты ей ответил?
– Боже, это уже совсем по-школьному. Кэм открыл дверь в полицейский участок. – Ты мне еще объясняешь. – Он прямиком отправился к кофеварке и, не сполоснув ее от осадка, повернул нагреватель.
Блейр с беспокойством наблюдал за этим. – Может, мне сначала сделать укол против столбняка?
– Неженка, – беззлобно сказал Кэм и поставил рядом Две кружки.
– Я слышал о Биффе, – Блейр подождал, пока Кэм закурит сигарету. – Грязное дело.
– Он вел грязную жизнь. – Когда Блейр с легким недоумением поднял бровь, Кэм пожал плечами. – Вовсе не обязательно любить его, чтобы искать убийцу. Это моя работа. Моя мать продала ферму, – добавил он. Кэм был не в состоянии признаться кому-нибудь, как сильно это его ранило. Но суть состояла в том, что ему и не надо было признаваться в этом Блейру.
Блейр и так все бы понял. – Она уедет на югд, как только завершится сделка. Я заходил к ней на днях. Она стояла в дверях. Она даже не позволила мне войти в этот чертов дом.
– Прости, Кэм.
– Знаешь, я уговоривал себя, что возвращаюсь сюда, назад в этот город, чтобы заботиться о ней. В этом была большая доля лжи, но не целиком же. Выходит, я зря потратил время.
– Если тебе здесь станет невмоготу, департамент полиции округа Колумбии немедленно переведет тебя обратно.
– Я не могу вернуться. – Он взглянул на кофейник. – Эта дерьмовая штуковина уже наверняка простерилизо-валась. Хочешь немного химикатов? – Он поднял банку порошкового молока.
– Да, давай, – Блейр подошел к доске объявлений, где фотографии уголовников висели впереМ жку с сообщениями о заседаниях муниципалитета и плакатами. – Что ты можешь мне рассказать о том инциденте с Клер?
– Этой Лайзе Макдональд чертовски повезло, что Худышка в тот момент как раз ехала по той дороге. – Он протянул Блейру кофе и сел. Кратко и четко, как это делают полицейские и журналисты, он изложил то, что знал.
К концу его рассказа Блейр выпил половину кофе, даже не распробовав его. – Боже правый, на Клер тоже могли бы напасть. Если бы она сразу же не усадила ту женщину в машину и не уехала, то их обеих могли бы…
– Я думал об этом. – Слишком часто и слишком отчетливо». – Я просто рад, что ей самой это не пришло в голову. В городе теперь запирают двери на засов и вооружаются. Больше всего я боюсь сейчас, как бы какой-нибудь осел не застрелил своего соседа, если тот сойдет с крыльца в кусты помочиться.
– А женщина не разглядела лица нападавшего?
– Она не может вспомнить.
– Ты не думаешь, что это кто-то из местных?
– Думаю, что это местный. – Он отпил немного кофе, вздрогнул, а затем ввел Блейра в курс всего, что случилось после того, как он месяц назад обнаружил развороченную могилу.
Теперь уже Блейр встал и сам налил себе кофе.
– Подобные вещи не случаются в городке вроде Эм-митсборо.
– Не случаются, если что-то не спровоцирует их. – Он медленно пил кофе, наблюдая за Блейром. – Когда я служил в полиции в Вашингтоне, у нас был случай с собаками. Три больших черных добермана. Они были изувечены почти таким же способом, как телята Доппера. Мы, кстати, обнаружили там и кое-что еще. Черные восковые свечи, пентаграммы, нарисованные на деревьях. И все в пределах круга в девять футов.
– Сатанизм? – Блейр было засмеялся, но Кэму было вовсе не до улыбки. Он медленно сел обратно на свое место. – Но не у нас же, Кэм. Это уж слишком.
– А ты знаешь, что в ритуалах сатанистов используется могильная земля? Я специально изучал это. Еще лучше, если эта земля из могилы ребенка. На том кладбище больше ничего не тронули. И кто-то стащил оттуда землю. Зачем?
– Подростки баловались. – Но в нем уже проснулся инстинкт репортера.
– Возможно. Но не балующиеся подростки забили до смерти Биффа. И не балующиеся подростки зарезали тех телят. У них были вырезаны сердца. Тот, кто это сделал, унес с собой их сердца.
– Боже милостивый. – Он отставил кружку в сторону. – Ты кому-нибудь рассказал об этой версии?
