Пребран хмыкнул. Рядом с Ладимирой он забывал, где находится. Просто пожалел её, но эта жалость, кажется, играет с ним злую шутку, воевода прав — увлёкся. Но обещание есть обещание, его нужно выполнять.
Княжич выдохнул.
— Я всё понял, — ответил только он, переводя взгляд на стены, где стояли стражники под пологом снегопада.
Ждан приблизился, а за ним вышли чернавцы, обязуясь проводить гостей до княжеского терема. Шли в полном молчании. Вяшеслав хоть и выглядел расслабленно, а всё сосредоточенно осматривал постройки да верхние ярусы изб. Ждан, нахмурившись, буравил спины прислужников. Кто знает, как примет их в своём чертоге местный князь, но встречать вышли не с копьями и мечами, и это уже хорошо.
Бревенчатые хоромины были сложены на века, высились глыбами построек в три-четыре яруса, с множеством переходов да крылец высоких и низких. Повели их к самому широкому, с крутой островерхой кровлей. Поднялись по длинной дубовой лестнице, вошли в узкий дверной проём с низкой притолокой. Хоромы ставили так, что не просто забраться внутрь душегубу. Волоковые окна прорублены высоко, почти под потолком, двери в ширину одного человека и в высоту отрока рослого, зато внутри, хоть и сумрачно, но простор. Столбы резные подпирали массивные потолочные балки, стелились по полу ковры, кои ткут народы степей — добыча князя, как и щиты, развешанные по стенам, да клинки вместе со шкурами волчьим и медвежьими. Всё говорило о том, что князь не сидит на месте, ходит в походы дальние или "выкупает у торгашей"
Их уже ждали. Ярополк, что сидел в кресле, застеленном шкурами, обратил взор на вошедших мужчин. Смотрели на пришлых гостей сосредоточенно окружавшие правителя мужи, высились верной охраной. То были ближники, мужи грудастые, с втянутыми животами, взглядами цепкими, хоть и спокойными, но готовые в любой миг броситься в атаку, заслонить князя, положить жизнь за него.
Сам Ярополк оказался не таков, каким был по представлениям, что сложились у Пребрана за время пути в Орушь. Думал увидеть взрослого вельможу, если не вровень, то чуть моложе Радима, а всего на три десятка выглядел он. Впрочем, ближники князя верно тоже ожидали увидеть заскорузлого воина, было это понятно потому, как скривились их физиономии в ухмылках, а напряжение в плечах ослабло. Ярополк же, напротив, свёл тёмные брови, загустела тень на его лице. Как и все из рода вяжичей, Ярополк имел кожу бронзового отлива, летом, на пекле, так и вовсе темнеет, волосы цвета тёмного дерева, широкие скулы, тонкий нос, усы, стекающие в короткую бороду. Кисти с широкими ладонями и крупными пальцами, иссечённые бурыми рубцами, туго сжимали подлокотники.
Разлилась по хоромине тишина. Вяшеслав заметно вытянулся, Ждан обратился каменным истуканом, не шевелился. Пребран, до этого пребывавший в покое, обнаружил, что спокоен и не был далеко: от напряжения сводило мышцы. Впрочем, он прибыл сюда не воевать, вспомнил наставления Вячеслава.
— Доброго мирного времени, — поздоровался Пребран, как требовалось, назвался: — Я Пребран, старший сын Доловского князя Вячеслава.
— И тебе не хворать, княжич, — отозвался Ярополк. — Уже наслышан… — поднялся с кресла.
Приблизившись широким твёрдым шагом, князь остановился в сажени от гостей, серые глаза его изучающе скользили от одного витязя к другому.
— Это Вяшеслав, воевода князя. Ждан, верный побратим отца.
— Мне донесли, что вас больше. Где же остальные? — вернул он взгляд на княжича.
— Ещё трое остались на постоялом дворе.
— Что тебя привело ко мне? Ведь не по нуждам ты тут, восточное княжество большое, что надобно тебе в столь дальних землях? — спросил он после недолгого размышления.
— Прибыл я в Орушь по просьбе отца, князя Вячеслава, — ответил Пребран, решив не тянуть, достал из складок одежды приготовленный им ещё утром свёрток, который он вместе с Вяшеславом прочёл.
Всё же отец был хитрее, верно знал, что так всё сложится. Идти к князю, не зная брода, неблагоразумно было бы.
Брови Ярополка приподнялись если не от удивления, то от недоумения.
— Вот как… Что ж, тогда для меня честь видеть в своих чертогах посланцев доловского правителя, — принял он свиток.
Ярополк неспешно развернул свёрток. По мере прочтения менялось его лицо: собралась складка между бровей, губы плотно сжались, сосредоточение огрубило его и без того твёрдые черты, превращая воина вовсе в камень. Пребран перевёл взгляд на ближников князя. Их было пятеро, одного возраста, двое светловолосы, с белёсыми бровями да бородами — из племени сурмян и верно наёмные. Пребран коротко переглянулся с воеводой, тот тоже пристально изучал людей князя.
Ярополк шумно втянул в себя воздух, тревожа образовавшуюся тишину, оторвал взор от полотна, с шелестом скрутив его, с растерянной хмуростью посмотрел на гостей.
— Не ожидал я таких известий, — выдохнул, повернулся к ближникам. — Фанвар, подойди.
