Вампир рванул вперед, чуть не разовав мою грудь на части. А в штанах стало тесно и горячо. Она отреагировала на мою кровь. Значит, она слышит зов. Черт возьми, она хочет укусить меня. Теперь Марина уже не человек, и некотролируемая жажда - нормальное состояние вампира, встретившего свою истинную пару.
Я знал, что медлить больше не стану, и сегодня же проведу обряд единения. Да, мне придется полностью обратить ее, и ей будет очень больно, когда воспоминания вернуться. Ликадия никуда не денется, и несмотря на то, что я не верю, что вампирша носит моего ребенка, я осознаю, что без доказательств избавить от страданий Марину не получится, а если все же доказательства будут не в мою пользу, нам нужно будет как-то научиться жить с этим. Я надеялся, что она простит меня. Что хотя бы попытается.
Рванув Марину на себя, я усадил девушку к себе на колени, и уткнулся носом в ее шею.
- Не надо... не трогайте меня... - прошептала она, впившись в мои плечи ногтями.
- Ты такая вкусная. Как же долго я о тебе мечтал. И вот теперь у нас появилась возможность быть вместе. Я так хочу, чтобы ты вспомнила меня.
Прошелся рукой по ее бедру и несильно сжал его. Близость Марины залечивала раны на руках, ее запах сводил с ума моего вампира. Хорошо, что обряд с Ликадией не подействовал. В ином случае, Марине пришлось бы делить меня с другой женщиной всю жизнь. Я бы не смог смотреть на ее старадания. Вряд ли она относится к тем женщинам, которые могут закрывать глаза на полигамность своего мужчины.
- Пожалуйста... отпустите меня... Вы меня даже не знаете...
Она заерзала у меня коленях, отчего напряженный член стал скользить по ее промежности, и это только сильнее выводило из равновесия моего вампира. Если мы не приедем домой через десять минут, то я укушу и возьму ее прямо здесь.
- Я знаю тебя, - ответил терпеливо. Потом закрыл глаза и стал мысленно себя успокаивать. Но ерзающая по моей эрекции девушка, кажется, совсем не понимала, как сильно действует на меня один только ее запах. Ничего, скоро и ее желания станут нестерпимо сильными.
- Не знаете. Меня вы не знаете, - упрямо закачала головой Марина.
***********
О том, что Марину удалось найти, Маре я сообщил по телефону, как только мы добрались до резиденции. Сестра сразу стала порываться приехать к нам, но я уверил ее, что с Мариной все в порядке, и ей сейчас нужен отдых, поэтому будет лучше если Мара и Йен приедут завтра. Или послезавтра. Я решил, что не стану посвящать Мару в свои планы относительно немедленного проведения обряда, но она и сама догадалась об этом:
- Ты сделаешь это, да? Я про обряд. Что ты узнал про Марину? Наши подозрения о том, что она полукровка подтвердились?
Вздохнул, сжимая телефон в руке и наблюдая, как вампиры провожают Марину в комнату на втором этаже особняка. Она так ничего мне и не сказала. Твердила только, что она меня не знает, и я ее не знаю. Когда она говорила "ее", то имела в виду "Камиллу". И здесь она была на сто процентов права. Камиллу я действительно не знал. И это вызывало странные чувства во мне. Я смотрел на женщину, которую любил много лет, и понимал, что это не совсем она, потому что та часть ее личности, которая помнила обо мне, была словно стерта. Я пытался выяснить, что вообще Марина помнила. Раз она считает себя Камиллой, разве ей не кажется странным, что она будто бы "потеряла" целую жизнь? Но девушка упорно молчала. Ей удавалось каким-то непостижимым образом удерживать моего вампира на расстоянии, лишь моментами ее жажда выдавала, как трудно это было сделать.
Еще меня невероятно злило то, что в глубине ее глаз я видел сильный страх. Чего она боялась? Меня? Но почему? Особенно мощно страх проявлялся, когда я в машине не сдерживался и проводил клыками по ее шее. Ее пугало то, что я собираюсь обратить ее? Я бы хотел знать ответ до того, как укушу девушку, но времени было слишком мало, а на контакт она не шла.
- Подтвердились, - ответил сестре на ее вопрос. - Ее вампир уже разбужен. Данияр укусил ее.
- Что?! - завизжала Мара в трубку. - И что теперь делать?! Что?! Ты же не сможешь его убить, не убив при этом ее! Я не позволю! Не собираюсь смотреть, как ты собственноручно убиваешь...
- Мара, - прервал запальчивую речь сестры, - успокойся. Обряд был неполный. Оборот тоже. Человека она еще не кусала. Так что ситуацию еще вполне возможно исправить без особого вреда для Марины.
- Хорошо, - выдохнула Мара. - Но что значит "без особого вреда"?
- То и значит. Она не помнит меня. И боится. Называет себя Камиллой. То, что я сказал о нашей с ней истинности, напугало ее еще больше. Возможно, Данияр сказал ей что-то такое, что заставляет ее бояться меня. Может, рассказал про то, что прошлое воплощение Камиллы убил наш отец. Да он мог наговорить ей, что угодно! Чертовски бесит, что она не идет на контакт и ни в чем не сознается.
- Воздействуй на нее силой!
