Над ними города кружились,Кружились звезды иногда,И рыбы гневные решилисьВраз образумить города.7Они вспорхнули над волною,Расправив грозные крыла —И стала наша жизнь иною,И стала светом наша мгла.8И тут, смешон и безобразен, —Какого сделал я рожна?! —Ушел под воду Стенька Разин,Но выплыла его княжна.9И Пугачев, придя к вокзалам,Сказал, что жить уже устал,И ружья человечьим саломТотчас же чистить перестал.10А рыб с лохматыми хвостамиНикто не видел больше, ноКак говорят, они, местамиЖизнь поменяв и смерть, на дно11Ушли. Октябрь – и рыбам вольноЗалечь под лед, спать до весны.А нам опять приснятся войныИ прочие пустые сны.12Живем, печаль свою не спрятав, —Ты не сестра и я не брат.Прекрасен город твой СаратовИ мой прекрасен Волгоград.13Пусть волжских волн угрюмы глыбы —Мы принимаем Божий Суд.И нас от смерти только рыбы,Тобой воспетые, спасут.14Я помню ангелов улыбки,Любви рассеянный улов,Но бабочки, они как рыбки,Нас не спасут от лживых слов.15Что остается в этой жизни?Не ласточки, не соловьи,А только боль к твоей отчизнеИ строчки грустные твои.<p>Стансы</p>
Василию Макееву
1Декабрьский снежок, хороший такой,Что хочется целоватьсяС деревьями, а уходить на покойНе хочется. И куда деватьсяТебе от жизни, которой тьмыИ тьмы, и от прочей радостной кутерьмы.2Макеев, твоя лучезарна грусть,Как Русь, как солнце на дне колодца.Но ты живи, ты, мой друг, не трусьО звезду декабрьскую уколоться.Гляди, как она полыхает, звезда, —Из солнца сделанная, не изо льда.3Изольда, Джульетта, полная слез,Бесы в Тмутаракани,А потом возникают Фетисов плесИ ромашки в пустом стакане.В этом плесе всегда светла вода,Как нигде и никогда.4Макеев, в этом закон земли,Чтоб любить молоко и небо,Чтоб ромашки эти нежно цвели,Ну и немного хлеба.А что до вечности, знаешь, онаБольно уж холодна.<p>«Ночь, черная, как вдова…»</p>
