Надежда исчезла так же быстро и неожиданно, как и появилась. Паук, приглашенный как представитель общества, от имени этого самого общества сдавал господина Скрайса с потрохами. Слов незнакомого мага ему хватило, чтобы разрешить дознание, а когда еще и письмо найдется… В том, что оно найдется, не стоило и сомневаться — если два вора и не найдут хитрый тайник, то уж сам хозяин недолго продержится, когда ему начнут выдирать зубы один за другим.
— Пощады! — завопил господин Скрайс, не видя более перспектив отпираться. Тем более он с детства боялся зубодеров. — Я все скажу, я все отдам, только не убивайте! Пощадите! Затмение на меня нашло!
— Где письмо? — дружелюбно поинтересовался старик.
— В секретере… задняя стенка… выдвижная панель…
— Ловушки?
— Есть… одна…
— Мальчики, будьте осторожны.
Предупреждение было лишним — опытные воры Лю и Ли и сами нашли бы ловушку при проверке, а уж попасться в нее при их квалификации и вовсе невероятно.
Извлеченный из тайника и предварительно открытый ларчик с письмами братья первым делом вручили дедушке — с почтительным поклоном и прочими хинскими церемониями. Нужное письмо и искать долго не пришлось — оно лежало на самом верху, как его и положили.
Паук Шэ долго и вдумчиво изучал мелкие руны Астуриаса (напрочь забыв о жалобах на плохое зрение), затем столь же задумчиво протянул исписанный лист Флавиусу и поднялся с кресла (столь же легкомысленно забыв покряхтеть и пожаловаться на больные ноги).
— Общество не имеет претензий, — произнес он и приглашающе махнул рукой. — Мальчики, проводите старика до дому. — И добавил, уже сделав пару шагов к двери: — Думать надо, на кого доносы пишешь.
Спустя несколько мгновений представители семьи Шэ исчезли, словно просочившись сквозь стены, и официально отданный на растерзание господин Скрайс остался наедине с главой городского подполья и его людьми.
— Где второе письмо? — Флавиус оторвался от чтения и в упор посмотрел на посиневшего от ужаса юриста. — О котором здесь идет речь?
— Я его отправил… как и просили… — пролепетал Скрайс. При одном взгляде в глаза проклятого хина как-то сам собой отнимался язык, не поворачиваясь просить о пощаде. — Вместе с доносом бросил в ящик…
— А о чем шла речь в этом письме?
— Не знаю… Я не вскрывал его… Побоялся… Вдруг там что-то страшное… такое… политическое… чего лучше не знать…
— Настрочить донос на первого наследника престола он не побоялся, — демонстративно обращаясь к магу, произнес Флавиус. — А вскрыть чужое письмо побоялся, ибо там — может быть! — политика. Мэтр, вы ему верите?
— Могу еще раз прощупать, — невозмутимо предложил мистралиец.
— Думаю, вам совершенно незачем так утомляться из-за какого-то презренного клопа. — Хин вежливо склонил голову и как бы мимоходом прихватил со стола кусачки. — Мы его сами пощупаем.
— Пощадите… — еле слышно выдавил господин Скрайс, обращаясь скорее к потолку, чем к присутствующим людям.
— Знаете, любезнейший, — холодно отозвался мистралиец, аккуратно отбирая у Флавиуса письмо и суя туда свой нос, — возможно, мы бы вас и пощадили, если бы ваша мерзкая выходка не имела таких последствий. Но вчера ночью принц-бастард Элмар был арестован по вашему доносу. А учитывая наши предположения касательно второго письма…
Флавиус остановился на полушаге и резко обернулся.
— Вы тоже думаете?…
— А что еще мог написать Астуриас, да еще в такой тайне? Только еще один донос. На кое-кого важнее Элмара. Настолько важнее, что не мог доверить это имя кому попало и вложил запечатанное письмо.
— Если оба доноса были отправлены одновременно, значит, второй тоже уже получен. Передайте ему, чтобы сегодня утром был готов к экстренной эвакуации. Согласно плану «зинн».
— Не успеем. Только завтра.
— Хорошо, завтра.
— Я передам. Но он может не согласиться.
— Почему?
— Он не бросит ее.
— Это несерьезно.
— Не берусь судить, но он вполне может счесть иначе.
— В таком случае похищение будет не инсценировкой. Но вот об этом его предупреждать не надо.
— Ничего, что нас слушают?
Флавиус мельком покосился на лишнего слушателя, который вжался в стену ни жив ни мертв, ибо давно понял, что такие вещи можно обсуждать только при покойниках, и коротко отрубил:
— Ничего. Мы позаботимся, чтобы его не подняли.
— Тогда не смею мешать. — Маг заправил косу под капюшон, собираясь уходить, и добавил: — Если эти бестолковые патриоты все-таки найдут какие-то контакты с вашими людьми, не забудьте им сказать, что у них там вражеские шпионы разгуливают как у себя дома и, не особо прячась, подменивают личные письма предводителя. А то ведь сами не догадаются.
