— Да ничего, княже. Приехал на новгородский торг, привел две ладьи, торгует он оружием. Мои люди к нему на ладью под видом городских стражей прошли, сказали, что убийцу ищут. Он нас пропустил, дал все осмотреть. Охраны у него на двух ладьях около шести десятков, многовато, конечно, но и путь у него не близкий, а груз ценный. Только странно смотрел старший над охранниками, мне в его глазах ненависть к нам виделась. Ну да это все мои догадки. Наблюдателя я там оставил. Он доложил, что вся команда сошла на берег, исключая десять человек, что ладьи сторожить остались.
— Где они сейчас, сотник?
— Да мы их быстро нашли, княже. Пьют они на том самом постоялом дворе, где со Славом помощница купца встречалась. Оставил я там еще одного наблюдателя, но пока ничего необычного. Сидят, пьют.
Дверь распахнулась, в зал ворвалась молодая девчонка в платье служанки. Из глубокой раны на правом плече капала кровь, в левой руке она держала обагренный кровью меч.
— Княже, закричала она, — терем атакуют. Человек двести, нам их не сдержать. Вместе с ними двадцать бойцов Слава, они сдали стены и помогли перебраться всем нападающим. Во дворе идет бой, но их слишком много. Нас врасплох застали.
— Ну вот, Данила. Мы все и выяснили. Спеши во двор и прикажи своим людям отступать в терем. Я скоро подойду.
— Княже, а, может, тебе до воинского дома пробиться и подкрепление во главе с Василько привести.
— Спеши, сотник. Ты мой приказ слышал.
— Да, княже. Мои люди сделают все возможное. — Он быстро поклонился и бросился к выходу.
Ингвар же схватил лежащий за троном лук и выскочил на балкон, что нависал прямо над княжеским двором. В свете факелов по камням лилась бордовая кровь, раздавались стоны раненых и крики умирающих, небольшая группа воинов из сотни Данилы перекрыла вход на крыльцо терема. Их осталось не больше десятка. Но отходить они не собирались. Намертво, ощетинившись мечами, без кольчуг и шлемов, они сдерживали около полутора сотен нападавших. Если бы Чернава случайно не узнала об измене, сейчас все было бы уже кончено. В передних рядах, со щитами в руках, на защитников терема шли воины Слава, а из задних рядов раздавался голос и самого сотника.
— Быстрее, — орал он. — Надо захватить терем, вскоре здесь будет подкрепление с воинских дворов. Надо убить князя, иначе нам не спастись.
Положение все ухудшалось, падали атакующие, но и защитников терема с каждой секундой становилось все меньше. Ингвар достал из тула стрелу, обмотанную паклей, и поднес ее к факелу, освещающему балкон. Огонек перекинулся на паклю и стал разгораться. Выждав секунду, Ингвар вскинул лук и отправил зажженную стрелу высоко в ночное небо. Это сигнал для всех воинских дворов, что в княжеском тереме что-то не ладно. На каждом дворе был специальный наблюдатель, следящий именно за этим знаком. Волосы дернуло, в бревенчатую стену за спиной Ингвара вонзилась стрела. На стене, окружавшей терем, стоял десяток лучников. Заметив князя, они тут же поспешили выпустить в него стрелы. К счастью Ингвара, одна из них попала в факел и сбила его на землю. Балкон погрузился во тьму. Быстро достав стрелу, Ингвар выстрелил в лучника на противоположной стене. В свете факелов было хорошо видно, как один из стрелков схватился за пробитую навылет грудь и упал вниз. Стрелы со стены продолжали барабанить о перила балкона. Ингвар за несколько секунд расстрелял все, что было в его колчане, а на противоположенной стене остался единственный стрелок. Вырвав из перил стрелу, Ингвар послал ее в него. Его враг выстрелил одновременно с ним. Ногу князя обожгла боль. Глянув вниз, Ингвар увидел стрелу, торчащую из его левой икры. К счастью, кость была не задета. Обломив стрелу, он посмотрел на противоположную стену. Его противник еще стоял на ногах, но в его правой глазнице торчало тонкое древко с белыми перьями на конце, затем раздался крик, и он упал по другую сторону стены.
На ступеньках крыльца появился Данила. Его мечи, багровыми молниями рассекавшие кольчуги, шлемы и щиты, не выдержали его напора и разлетелись в щепки. К тому времени, как он появился на крыльце, врагов сдерживало всего три защитника. Молодая девушка, очень гибкая и красивая, с рассыпанными по плечам золотыми волосами и прикрывающие ее справа и слева молодые парни. В тот момент, когда Ингвар посмотрел на крыльцо, один из них получил удар в грудь. Он не стал отступать к двери, а прыгнул с высокого крыльца прямо на наступающих воинов. На секунду он повалил первый ряд атакующих и двумя ударами меча сразил могучих ратников с топорами. Натиск на девушку и ее защитника на время ослаб. Парень с разрубленной грудью что-то крикнул им, отражая очередной удар меча, и девушка попятилась к двери.
— За князя! — прозвучал голос смертельно раненого воина. — Да умрем мы в бою, с оружием в руках. Да примет нас Перун в свою дружину и будет водить в небесные битвы под новгородским стягом!
