Плазменный шар, выпущенный навскидку, прошел выше — я все еще стелился в низком прыжке над самым полом. Пытаясь погасить энергию толчка, я перекатился через плечо, встал на колено и ударом наотмашь подсек ноги бойца с импульсником.
Даже сквозь грохот стрельбы, доносящейся откуда-то снизу, из хода, в который ушли парни, я услышал дикий крик боевика. Поморщившись, я прервал его ударом по горлу, и ринулся дальше, активируя режим берсеркера, и, одновременно, концентрацию фокуса.
Дальнейшие события слились в одну мешанину перекошенных лиц и кровавых пятен. Не ожидавшие атаки изнутри, еще не отошедшие от удара «Мамонта», оглушенные и контуженные, «Вороны» и их приспешники умирали, как мухи. Я же, впав в боевое безумие, крошил обороняющихся направо и налево, представая перед ошарашенными боевиками кровавым ангелом смерти. Кровавым — в прямом смысле. Несмотря на то, что силовые клинки моментально прижигали место удара, кровь из страшных ран била едва ли не струями, покрывая меня, стены, пол и потолок равномерным красным слоем.
«Дальнейшее использование функций биокомпьютера грозит чрезмерным расходом энергии», — вернул меня в реальность голос Элис, и я резко остановился посреди коридора, прервав свой смертоносный танец. Напротив меня, дрожа, замер совсем молодой парень с вороном, клюющим надгробие, на груди комбинезона. Молодой «Ворон» был без шлема, его короткие, светлые волосы слиплись от пота, а большие голубые глаза смотрели на меня, с ног до головы покрытого кровью врагов, с неподдельным ужасом. Дрожащие руки бойца опустились, и стрелковый комплекс с грохотом упал на пол.
— Не… Не убивай… Пожалуйста…
Я отдал костюму команду поднять забрало, и, убрав силовые клинки, прищурился, глядя в глаза парня.
— Убивать тебя? А зачем? — широко улыбнувшись, спросил я. — Ты сейчас и так умрешь. Сам. Смотри.
Вытянув руку, я сложил два пальца пистолетиком, и, направив его в сторону бойца, негромко проговорил:
— Пуф.
Мгновенный импульс пси-удара, сжатый и направленный, как острие кинжала, ударил парню прямо в мозг, моментально сжигая нейроны и разрывая синапсы.
— Падай. Ты убит, — хмыкнул я, сдувая с пальцев воображаемый дымок, и развернулся. С моей стороны зачистка завершена. Теперь нужно узнать, как дела у Скайлер и парней.
За спиной молодой «Ворон» пыльным мешком рухнул на пол. Я лишь усмехнулся. «Не убивай», да? Интересно, а мои люди, там, в бункере «Мстителей», тоже об этом просили? И как? Выполнили их просьбы?
Брезгливо поморщившись, я сплюнул на пол, и быстро зашагал вглубь галереи.
— Скайлер, на связь! — позвал я. Нейроинтерфейс у нее так и оставался заблокированным, поэтому девушка использовала внешний комлинк, встроенный в шлем. Вообще, Скайлер неожиданно выступила резко против бронекостюма и шлема, но мне пришлось настоять. Одно дело — воевать с ксеносами, часть которых, благодаря экспериментам Вихо, девушку даже не определяла, как врага, пока она сама их не атаковала, и совсем другое — штурмовать цитадель врага, вооруженного огнестрельным и энергетическим оружием. Пуля — она, как известно, дура, а осколок — и вовсе дегенерат полный, потому моя позиция была непреклонной: хочешь идти на штурм вместе со всеми — будь добра, экипируйся соответствующим образом. Девушка побурчала, но послушалась. Свою кристаллическую броню она, все же, нацепила поверх костюма, и тут я уже ничего против не имел. Если не мешает — пусть будет. Дополнительная защита еще никому не вредила.
— На связи, — отозвалась Скайлер. — Я закончила. Тут чисто.
— Молодец, — ответил я. — Оставайся пока там и присматривай за проходом. Вдруг наши друзья решат контратаковать.
— Хорошо.
Сам я, по дороге к центру галереи, поставил на стены пару контактных мин. Если кто-то полезет с той стороны — услышу и успею принять меры.
— Руад, на связь! — вызвал я разведчика, командующего группой в мое отсутствие. Снизу все так же раздавалась стрельба, и я уже начинал беспокоиться. — Доложи обстановку.
— Здесь, — Руад тяжело дышал. — Нижнюю галерею зачистили, но дальше пройти не можем. Нас тут зажали с улицы, нос не высунуть.
— Принял, — я выругался. — С вашей стороны нашей технике ничего не грозит?
— Пока мы держимся — ничего, — отрапортовал разведчик. — Но долго мы тут не просидим. И отступить возможности нет.
— Понял. Дай мне минуту.
— Алтай — майору! — вызвал я Джонсона.
— В канале, — тут же пришел ответ.
— Сэр, мы закончили. Внутренний двор зачищен. Можно заводить технику и закрывать ворота.
— Отлично! — с облегчением выдохнул майор. — Твари поджимают. Хотя и не так сильно, как могли бы. Большинство ксеносов ринулось внутрь, как только сняли купол. Понял тебя. Заходим и изолируемся. Мы тут одни остались, «Запад» и «Восток» уже внутри.
