Он покосился на изображение реакторного зала. За всё время изъятия сборки из-под экранов ни разу не проступил затопленный реактор — ни единого синеватого всплеска. «Они сюда не глазеть пришли,» — напомнил себе Гедимин. «Это хорошо, что всё экранировано. Так и должно быть.»
Наручный смарт оператора замигал и издал негромкий писк. «Сигнал есть,» — Гедимин довольно кивнул. «Теперь они опустят сборку и отключат захват.»
Он покосился на показатели температуры — топливо, извлечённое из воды, разогревалось быстро, поэтому сармат обычно не тянул с погружением его в цистерну — медлить было опасно. У людей были свои соображения — может, они считали, что сборка уже опасно нагрета, но в цистерну она опускалась мучительно медленно. Когда отключился захват, Гедимин снова покосился на часы. «Похоже, сегодня они не успеют,» — подумал он. «Если только дальше работа пойдёт быстрее.»
…Четвёртая сборка опустилась в цистерну. Гедимин смотрел на еле заметную черту — там экран, прикрывающий пустые ячейки, стыковался с защитным полем, намотанным на передвижную колонну. Именно в этом проёме, если оператор зазевается, можно было увидеть черенковское свечение. «Эти операторы не зевают,» — отметил сармат со слабой досадой. «Константин был бы ими доволен.»
Загрузочная машина въехала в реакторный отсек. В этот раз она двигалась над экранами и шла несколько быстрее — не прошло и трёх минут, как она замерла на исходной позиции. Оператор с наручным смартом поднялся с места и подошёл к Гедимину. Остановился он в паре метров от защитного поля. Сармат с жалостью посмотрел на его лёгкий скафандр — конечно, с таким снаряжением нужно было соблюдать предельную осторожность…
— Замечания есть? — отрывисто спросил оператор, глядя куда-то мимо Гедимина — тот даже не сразу понял, что обращаются к нему.
— Нет, — сказал он. — Вы хорошо работаете. Очень осторожно.
— Перерыв на час, — сказал оператор, по-прежнему глядя куда-то мимо, и вернулся на место. Остальные, поднявшись, окружили его. Гедимин изумлённо мигнул.
— Какой перерыв? Там же ещё четыре сборки…
— Тебя забыли спросить! — сердито буркнул Макнайт. — На выход, теск. Есть будешь?
На перерыв они устроились в камере дезактивации — наружу их не выпустили бы без полной процедуры, а Гедимин знал, что ему ещё возвращаться. Еда была жидкая, но не Би-плазма, как сначала подумал обрадовавшийся сармат, — ему дали что-то вроде растаявшего желе с солоноватым привкусом. Чем занимались операторы, он не знал, — через санпропускник вроде бы никто не проходил (хотя тут мог быть запасной — Гедимин заметил дополнительные люки в отсеке управления). Когда сармат вернулся, все были на своих местах, а старший оператор снова разглядывал экран передатчика. «Сейчас-то чего?» — Гедимин удивлённо мигнул. «Разве что… Они же не отпустили на перерыв цистерну? Она не уехала?»
— Ещё десять минут, — отрывисто сказал старший оператор. Гедимин посмотрел на потолок. «Определённо, они не успеют за один день. Зачем было отпускать цистерну⁈»
…Загрузочная машина вернулась на первоначальное место и отключилась. Восемь квадратов на расчерченной схеме были отмечены чёрным — туда предстояло опустить новые сборки. Внешний монитор погас — цистерна закрылась и поехала к космодрому. Операторы снова чего-то ждали. «Ждут погрузчик с топливом,» — предположил Гедимин. «Опять какая-то заминка. Хоть сам за штурвал садись…»
Санпропускник открылся внутрь, пропуская новую смену операторов. Старший, подойдя к поднявшемуся от пульта коллеге, протянул ему руку.
— Опережаете график? — одобрительно заметил он, взглянув на мониторы. Гедимин изумлённо мигнул.
— Да, мы сильно разогнались, — отозвался оператор, с сомнением глядя на основные показатели. — Как бы это не аукнулось. Следи за ним. Я бы выждал до понедельника…
— Пошёл, пошёл, — поторопил Гедимина Макнайт, крепко взяв его за плечо. — Скажи им что-нибудь и двигай к выходу. И так опаздываем к отбою!
Сармат снова мигнул — после перерыва он ни разу не посмотрел на часы. «Уже так поздно? М-да, странные у них тут графики. Даже на „Полярной Звезде“ Фюльбер не заставлял так затягивать.»
— Завтра я буду нужен? — спросил он, глядя на операторов. Все тут же замолчали. Начальник старой смены повернулся к нему.
— Да, приходите. Есть замечания?
«А быстрее никак?» — вертелось на языке, но сармат мысленно себя одёрнул и покачал головой.
— Пока всё в порядке.
— Пошёл! — Макнайт подтолкнул сармата к выходу. — А этот… счётчик… он и меня тоже проверяет?
— Вы тоже тут были, — бесстрастно ответил ему оператор. — Соблюдайте правила, пожалуйста. Снаружи вас встретят.
…В тюремном ангаре было почти темно — горела только тусклая цепочка светодиодов вдоль потолка и сигнальные лампочки на стенах. Стальные «сапоги» экзоскелета в ночной тишине грохотали особенно громко — Гедимин даже удивился, что почти никто не приподнялся на койке, чтобы посмотреть ему вслед.
— Привет, — донеслось из камеры Мэллоу — судя по голосу, Джона разбудили шаги и лязг решётки.
