— Ну надо же, — пробормотал Лоренц, повернувшись к Виклунду. — В сентябре! Я уж не помню, когда они в последний раз были!
— До войны, — отозвался Виклунд. — Года за три. Помню, всё писали — может, в следующем году, может, в следующем…
Лоренц хмыкнул.
— Раньше за хорошее поведение выводили посмотреть. С вышки, конечно, не вблизи, но так даже удобнее. Спрошу у Фортена, когда успокоится, — в этот раз выведут или нет? Такого хорошего поведения тут, небось, полвека не видели!
Гедимин беспокойно зашевелился.
— Что он пишет? Что там в сентябре?
Лоренц виновато охнул.
— Извини, механик. Надо было вслух зачесть. Но там в основном пустяки… Космофлот Земли собирается на учения. Совместный вылет, так-то.
Гедимин сузил глаза.
— Прямо здесь, в Кларке?
— Ты что? — Лоренц неуверенно усмехнулся. — Пойдут в пояс астероидов. На лунном рейде давно не стреляют. Но всегда останавливаются.
— Большие корабли поставят на рейд, — пояснил Виклунд. — Но высадка будет. Сразу после Дня Луны для них освободят космодром. Будет трансляция… и в космопорте толпа соберётся, как же без этого.
Он поморщился.
— Первая высадка — это ерунда, — качнул головой Лоренц, и его глаза ненадолго затуманились. — А вот когда они возвращаются… Давненько я не видел северянских крейсеров!
Он протяжно вздохнул.
— И я говорю — было бы неплохо на всё это взглянуть. Хотя бы и в трансляции, — он усмехнулся. — А у тебя, Джед, точно будет вип-ложа. Приведут прямо на космодром. Может, даже два раза. Ремонт-то им будет нужен…
Гедимин недовольно сощурился. «Кто меня приведёт⁈ Если это такое большое событие, все конвоиры уйдут в отгул. А я ничего не увижу. И ремонтные корабли там свои. Кто меня пустит на крейсер⁈»
Лоренц выглянул из камеры, коротко свистнул и окликнул кого-то из заключённых. Через несколько секунд по ангару пошла волна перешёптываний.
— Большие учения, — разобрал Гедимин среди бормотания. — Два флота в Кларке…
Охранник прошёл по коридору, постепенно замедляя шаг, будто что-то высматривал, и остановился примерно посередине. Все звуки стихли. Гедимин ожидал услышать, как открывается чья-то камера, но вместо этого по коридору прокатился лязг — охранник ударил «клешнями» экзоскелета друг о друга.
— Тихо! — рявкнул он, когда грохот смолк. — Объявление!
Гедимин бесшумно выпрямился. Ему сегодня с утра было неспокойно, а охранник пришёл посреди дня, когда у него никакой работы в ангаре не было, — следовало ждать чего-то интересного.
— Синий код! — продолжал охранник. — В три часа дня — подъём на смотровой ярус четвёртого терминала! Пятнадцать минут на обзор космодрома — и идёте во двор, как обычно!
В коридоре что-то зашелестело, но так тихо, что сармат не разобрал ни слова.
— Зелёный код! — охранник повысил голос. — В три часа дня — выход в зал! Пятнадцать минут на трансляцию с космодрома — и идёте во двор вместе с синим кодом! Всем всё понятно?
Из коридора донёсся недовольный гул.
— А без кода? — открыл кто-то рот. Охранник грохнул «клешнёй» о «клешню». Гедимин недовольно сощурился.
— А без кода сидят во дворе и не создают проблем! — бросил охранник, когда грохот стих. — Штрафы надо было платить, а не просиживать тут койки — ходили бы, куда хотели!
Он, громыхая на ходу, пошёл к воротам. Не дожидаясь, когда он выйдет, Лоренц подошёл к решётке и широко ухмыльнулся.
— Спокойно, парни! Кто не увидит, тому расскажем!
Едва закрылись ворота, он позвал ближайшего чтеца, и тот начал во весь голос выкликать командиров и распределять посты, — такие большие выходы для тюремного ангара были редкостью, и заведённого порядка для них не было, и Лоренц сильно волновался, что что-то пойдёт не так. Гедимин, тихо вздохнув, отвернулся к стене и взял в руки смарт. «Лоренц вернётся — всё расскажет,» — напомнил он себе. «Только спроси — и до вечера не заткнётся.»
До времени, отведённого для прогулки, оставалось ещё десять минут, когда ворота загудели, впуская в ангар охранника. Лоренц, повернувшись к решётке, озадаченно хмыкнул. Гедимин не шевельнулся. Он так и лежал, лениво дочитывая страницу, когда решётка его камеры лязгнула, поднимаясь.
— Живо на выход! — гаркнул, остановившись в проёме, сержант Макнайт. — Идёшь на космодром. Руки сюда!
Он сдёрнул с пальцев растерянного сармата ремешки креплений, бросил выключенный смарт в нишу и зазвенел наручниками, распределяя гирлянду по его предплечьям. Браслеты были аккуратно подогнаны по ширине — редкий случай, особенно для Макнайта.
— Пошёл, пошёл! — конвоир вытолкнул сармата в коридор и быстро повёл к воротам, изредка подталкивая соплом бластера в лопатку. Гедимин щурился, но терпел; волноваться было особо не о чем, но сердце билось чаще обычного.
— Рано пришёл, — вполголоса заметил он, когда они вышли из ангара и повернули к космодрому. Макнайт, коротко хохотнув, толкнул его бластером в плечо.
— Шевелись, теск! Пропустим вылет голубя — ей-богу, нажму на обе кнопки!
