— Не, те были Ахсу. И… вот это-то и любопытно, — пробормотал Вепуат, влезая Айзеку под локоть. Командир досадливо отмахнулся.
— Да постой ты спокойно!.. Да, любопытное дело. Как я понимаю, завтра сюда прилетят все три клана…
— Кет, Хепри, с холма завтра ни ногой! — бросил Гварза и снова уставился на свитки. — «И мы говорим — в доме Тик для вас нет больше пользы, пусть их договор не будет скреплён…» Конкуренция в Хигесге… Похоже, завтра будет много шума.
Айзек досадливо поморщился.
— Мы не собираемся ссориться ни с кем в Хигесге. Пусть бы сюда прилетали все кланы.
— Ну и пусть прилетают, — подал голос Гедимин; уже пару минут он чувствовал неприятный гул в голове. «Опять какие-то традиции,» — думал он; в груди ворочалось что-то угловатое. «Надо на завтра поставить два защитных купола. Растащить их по куполам, и пусть сидят тихо. Для драк у них свой город есть.»
— Вот ведь странные существа, — пробормотал себе под нос Вепуат, будто услышав мысли Гедимина. — Не угадаешь, во что упрутся. Надеюсь, обойдётся без электрической бури…
«Грязные» отсеки были со всех сторон заэкранированы; перед работами Гедимин проверил, как закрыты люки. Посторонним без надлежащей защиты попасть в «грязную зону» было неоткуда — и всё же Гедимин ещё раз огляделся, прежде чем вывести гружёный транспортёр из цеха. Внутри короба, обёрнутого защитным полем, лежали «фонящие» мешки. «Знать бы ещё, что они излучают,» — думал Гедимин, глядя на сигма-сканер. От дозиметра проку не было — только анализатор «ловил» что-то, «вылетающее» из мешков с отходами. «Вылетало» много — этот минерал был привезён из Сфена Лучей, и, хотя ирренций из него вытрясли, что-то «фонящее» внутри осталось.
Вепуат заглянул в короб и хрюкнул.
— Чего? — хмуро посмотрел на него Гедимин. Он был не в духе с самого утра — с тех пор, как положил на обжиг толстостенный цилиндр из «лиловой глины». Внутри «бочонка» растеклась застывшая стеклянная плёнка; на стенке отпечатались вдавленные буквы — два имени и дата. «Три центнера ценного материала перевели на…» — сармат, оборвав мысль на полуслове, стиснул зубы. То, на что «перевели» центнеры, тоже лежало в «грязной» зоне, в трёх слоях защитного поля; когда-то оно было филками, сейчас — водой и хлопьями пепла. «Хоть бы воду позволили сцедить — уже ушло бы меньше глины. Почему их не вывезли в Сфен Лучей⁈ Там бы их и не заметили…»
— Те же мешки, что мы привезли из Ксалана, — Вепуат кивнул на траспортёр. — И ровно столько же. Будто их в цех и не заносили.
Гедимин поморщился и сунул ему трос. Транспортёр до биологического отсека тянули вручную — не было смысла возиться с машиной.
— Двадцать четыре килограмма выделили, — буркнул он. — Четыре процента. Больше — уже было бы опасно. Видел, как в Сфене Лучей под ногами «хлопало»?
— Двадцать четыре? — Вепуат оглянулся на мешки. — А с виду и не скажешь. Сколько занесли в цех, столько и вынесли. Какая-то… неполезная руда. Вон, эллурский ил разобрали безотходно — всё пошло в дело. Даже органика.
Гедимин вспомнил, куда пошла «органика» из эллурского ила, и снова поморщился. «А поселенцы это едят. Их хоть предупредили?»
…В «вольере» Зелёных Пожирателей не было острых углов, и хорошо заделали стыки. От двери Гедимин видел, как «червяки» пытаются подняться по стене, вытягиваются вдоль неё — и опускаются, не находя опор. Двое медленно, но настойчиво толкали от центра «вольера» крупную полую кость или ракушку — гнездо-укрытие. Вепуат топнул чуть громче, и Пожиратели бросили «груз» и свернулись в клубок.
— Есть хотят, — сказал разведчик, выдёргивая из короба первый мешок. Гедимин только и успел шагнуть в сторону — Вепуат вывалил всё в «вольер». Поднялось облако пыли. Гедимин поймал его защитным полем, придавил к земле. Пожиратели, сперва замерев, зашевелили усиками и двинулись к песчаной горке. Вепуат ещё не успел всё высыпать, как зверьки захрустели. Кто-то привстал, шевеля усиками, и прямой наводкой пополз туда, где виднелось зеленоватое свечение. В пустую породу Айзек высыпал сто граммов ирренция; отбить их Гедимину не удалось, и сейчас он снова скривился. «Переводить добро у нас умеют. Вот с добычей один я маюсь…»
…Айзек остановился у предупреждающей черты и, не заходя в цех, протянул Гедимину две пробирки из чёрного стекла.
— Размажь ирренций по стенкам, — велел он. — Грамм по двадцать-двадцать пять, больше не надо. Лишь бы пахло. Сделай экранированный контейнер. Это для биоотсека — Пожирателей доить.
Гедимин, подавив раздражённый вздох, убрал пробирки в нишу. Кто-то уже нарезал резьбу в два витка — под завинчивающуюся крышку. Айзек, хлопнув себя по лбу, достал из кармана костяные втулки с длинными ручками.
— Эгнаций проверял — всё закрывается. Но ты, если надо, подгони понадёжнее.
Он заглянул в цех, по-прежнему не переступая черту, и остановился взглядом на полуметровом лиловом цилиндре.
— Остывает, — буркнул Гедимин. — Обязательно было переводить глину⁈
