— Есть проблемы? — спросил он, прислушиваясь к шуму дробилок и поршневой машины. «Треск?.. А. Панцирь попал под шары. Видимо, Бозек выкопал не всё. Или свежие панцири он не брал…»
Костяной контейнер (точнее, два — в один всё не влезло) стоял в нише; затолкали его далеко, только пластину задвинули неаккуратно. Свежих панцирей внутри, и правда, не было — только древние, светло-лиловые, местами раздутые, местами сплющенные. Были и другие останки — какие-то осколки, пластинки, спицы, шестерни странного цвета и формы. Гедимин задвинул контейнеры в нишу и плотно её закрыл. «Тут без биолога не разберёшься…»
— Уран и торий!
За собственными мыслями и шумом дробилок Гедимин не заметил, как снова открылся шлюз. Айзек заглянул в цех, без интереса посмотрел на механизмы и рабочих и повернулся к мешкам, задвинутым в угол, за экранирующую перегородку.
— Пара центнеров?
— Забирай, — кивнул Гедимин. — А я заберу своё.
Мешки с лиловой глиной были собраны в кучу — оставалось связать их в гроздь и повесить на плечи.
— Текк’тов не видел?
Айзек пожал плечами.
— Вепуат собирался на что-то их приманивать. А я наверху ещё не был. Тебе много глины нужно? На выплавку ипрона хоть что-то останется?
Гедимин молча кивнул и боком протиснулся в шлюз. Мешки весили, по меркам сармата, немного — даже меньше, чем он сам — но топорщились во все стороны даже под защитным полем. «Ага, у Вепуата получилось,» — по экрану сканера тянулись полосы ряби, поднимающиеся мимо станции к поверхности. «Как им крикнуть, чтобы подождали?»
…Стоило высунуться из шахты, в ушах зазвенело от верещания. Следом лязгнуло — кто-то хлопнул в бронированные ладоши. Низкочастотный гул надавил на макушку, и Гедимин, кое-как дотянувшись, сдвинул височную пластину.
— Много шума. Где работа?
— Здесь, — отозвался Гедимин, поворачиваясь к гигантской сверкающей змее. Текк’т держал в пасти обрывок червя-пирофоры, но говорить это ему не мешало.
— Куэнн-работа? — гигантская голова качнулась, нависая над сарматом. Тот шевельнул плечами, указывая на свисающие мешки.
— Смешивать камни. Мять. Лепить. Ты один? Зови других. Работы много.
Он прошёл по спрессованному гравию и сбросил груз. Вокруг на секунду столпились нхельви, понюхали мешки и высыпанную из них глину и отхлынули.
— Давно они тут? — Гедимин попытался вспомнить, когда в последний раз видел нхельви. Вепуат пожал плечами.
— А я за ними слежу? Они тут волнами — то прибежали, то удрали… Эй! Запомнили? Лежит тут червяк — его не трогать! Сказал «это для вас» — тогда ешьте! А так — нечего!
Нхельви заверещали наперебой, разбегаясь во все стороны. Те, кто отскочил на пару метров, уже цокотали о чём-то своём. Мимо Гедимина пролетел крупный ошмёток жёлтого камня, накрыл собой горку глины, — Текк’ты уже сползлись и приступили к работе. Сармат быстро отошёл к шахте. Вепуат, нагнав его, показал прогрызенный сегмент кольчатого панциря.
— Видел? Оставил червяков на ночь в ангаре. Утром пришёл — всё изгрызено. Би-плазмой их обрызгать надо было, что ли…
— Нхельви это едят? — Гедимин покосился на зверьков, пытаясь представить, как они охотятся на огнистого червя.
— Сам удивился, — Вепуат, размахнувшись, закинул обломок панциря в ущелье. — Тикс вот не захотел.
Из шахты выбрались четверо филков. Гедимин покосился на их перчатки с крагами. «Что-то новое…» Следом в перчатках и лётном шлеме выскользнул Уттунри, весело оскалился на ходу и побежал догонять филков. На крыше ангара их ждал, поводя крыльями, электрический ящер.
— Уркку! Ты-то летишь? — крикнул он, рассыпая мелкие искры. Вепуат качнул головой.
— Не сейчас, Таррки. Может, как рассветёт. Осторожней с Тиксом! Левый бок — слепая зона!
Таррки взмахнул хвостом, затрещали разряды.
— Не зона, а маленький слепой пятачок. Если бы они из-за каждого глаза слепли…
Не договорив, он спикировал на спину безымянному туун-шу. Филки уже подтягивались на тросах и выстукивали сигналы по «крышкам» закрытых «люков». Из ангара Тикса донеслось протяжное шипение. Нхельви с громким писком сбежались к воротам — и тут же отхлынули. Наружу, взметая гравий, вылетел туун-шу.
— Хорошо пошёл! — Вепуат шумно вздохнул, глядя «дирижаблю» вслед. Из ущелья его проводили протяжным воем и грохотом трещоток — Джагулы тоже проснулись затемно.
— Гедимин, поможешь? — Вепуат повернулся к сармату. Тот мигнул.
— Чем?
— Надо засунуть в Зелёных Пожирателей кровяной камень, — Вепуат показал полотняный мешочек с мелкими комками. — У тебя ведь есть что-нибудь твёрдое с ирренцием? Дай им погрызть, пусть отвлекутся.
…Со стержня закапала маслянистая жижа. Зелёный Пожиратель ёрзал, пытаясь то сдавить его в челюстях, то затолкать в глотку. Гедимин смотрел, как в подставленную ёмкость капает флоний.
— Готово, — Вепуат выпустил «червяка» и показал жест превосходства. Существо не заметило ни возни с наспинными щитками, ни того, что оно свободно, — стержень с ирренцием внутри был важнее. Гедимин лишь со второй попытки стряхнул Пожирателя, и «червяк», свернувшись в клубок, упал под ноги Вепуату.
