— У Гвар… — начал было Гедимин, но прикусил язык. Впрочем, было уже поздно — щупальце, накалившись докрасна, отдёрнулось и растаяло. Сармат поморщился. «Надеюсь, Айзек за ним проследит. Или с этой штукой хранитель не будет так шарахаться. Станции-то Гварза ничего плохого не сделал…»
— Повелитель сияния сегодня в высокой силе, — услышал Гедимин, едва подойдя к ГЩУ, и изумлённо мигнул. «Жрец-то что тут забыл⁈»
— Так-то оно так, — отозвался Айзек — судя по голосу, совсем не удивлённый. — Но выдержат ли стены? Наши постройки всё же не так прочны, как Куэннские.
— Мало вещей, что устоят перед сиянием, — согласился жрец. Он близко к мониторам не подходил — стоял вместе с Айзеком у дальней стены и на оборудование посматривал сквозь растопыренные пальцы. По его шее протянулась цепочка белых огней — признак волнения и радости.
— Вы тут о чём? — настороженно спросил Гедимин. Кут’тайри подался в сторону, складывая руки в почтительном жесте. Айзек вздохнул и покосился на дозиметр. Влияние дня Лучей просачивалось сквозь любые экраны — излучение неуклонно росло. «Пятнадцать микрокьюгенов наберётся,» — Гедимин прикинул перспективы роста. «Даже тут, под экранами. Как бы не пришлось вечером раздавать флоний…»
— Определяемся с датой запуска, — Айзек кивнул на светящиеся мониторы. — Тянуть некогда. Сегодня выждем, а вот завтра — придётся. Иди отдыхай. Ближе к ночи пройдёмся по оборудованию.
Гедимин мигнул.
— Уже запуск? И… мы снова в Ураниуме⁈
Айзек криво ухмыльнулся.
— Не так быстро. Второй год на исходе, в первые дни месяца Огня нам придётся уехать. И нужно ещё дней двадцать понаблюдать, как ведёт себя станция. Так что с запуском тянуть нельзя. Сходи поспи до семи. Там ты будешь ненадолго мне нужен.
…Стоило выйти из-под экранов, как на дозиметре зажёгся красный светодиод. «Омикрон, полтора кьюгена,» — сверился Гедимин с прибором и покосился на люк — надёжно ли закрыт? «Понесло же Айзека в такую погоду…»
— Подождать никак? — он кивнул на ослепительно-зелёное небо. — Тут кьюгена три будет.
Айзек невесело усмехнулся.
— Время на Земле ждать нас не станет. Там шесть утра, здесь второй час дня, — а про погоду ничего не сказано.
Дальний угол неба прерывисто вспыхнул. Что-то светящееся, протяжённое двигалось сквозь мерцающие складки. Защитный купол, поднятый над бронеходом, пересекла ветвящаяся зелёная полоса. Гедимин обернулся и увидел длинный сияющий силуэт. Змееподобное существо, всё в свисающих отростках-«щупальцах», медленно пересекало небо. Оно плыло не на той высоте, где живут моллюски-«астероиды», — гораздо ближе к земле — и дозиметр на запястье сармата тревожно мигал.
— Элогвены, — Айзек, оторвавшись от генератора защитного поля, посмотрел на небо. — Две… нет, три особи. Давай ещё слой на кабину…
Гедимин поднял генератор. На формирующемся куполе проступили зелёные пятна. Сармат не выдержал, посмотрел вверх, — три сияющих силуэта повисли над холмом, добавив полкьюгена к общему фону. Стрелка-указатель задёргалась, пытаясь развернуться к ним.
— Спокойно, — Айзек положил руку сармату на плечо. — Они неагрессивны.
— Что им тут надо? — Гедимин покосился на закрытые наглухо люки. — Станция не фонит. Мы даже вентиляцию перекрыли. Могут они что-то учуять?
Айзек ухмыльнулся.
— Они знают, что станция здесь. От них прятаться уже бесполезно.
Если существа и знали, где источник излучения, то явно к нему не рвались. Три силуэта ещё долго висели над холмом, слабо шевеля «щупальцами». Бронеход отъехал; Гедимин подошёл к обрыву, поднял телескоп, сощурился от слишком яркого света, — машина спокойно переползала Сфен Земли, никто из Элогвенов на неё не реагировал.
«Может, с „Элидгеном“ общаются?» — Гедимин покосился на дозиметр, поднял руку к височному щитку — и опустил её. «Всё равно ни кварка не пойму. Неагрессивные? Ну, может, поладили. Теперь бы ещё с Гварзой поладить. Нашёл же Маккензи, кого взять в командиры…»
— И к механизмам не прикасайтесь, — сказал Гедимин. — Пока мы всё не проверим. Экраны-то мы установим, но при таком скачке мощности…
Он выразительно пожал плечами. Коменданты переглянулись. Они слушали сармата внимательно, не перебивая, только после каждой фразы косились друг на друга и на горящий под потолком фонарь.
— Экраны, — повторил Тенгель, настороженно щурясь. — Они, как я понял, полностью отсекут нас от реакторов?
Гедимин кивнул.
— Чтобы скачком мощности тут всё не сожгло. Мы… пока никто не знает, что будет.
— Это-то понятно, — Дасьен беспокойно зашевелился. — А не повырубается тут всё напрочь? Без источника-то питания. Эти твои штуки, — они вообще на сети или на аккумуляторах?
Оба сармата пристально взглянули на Гедимина. Он смущённо сощурился. «Мои штуки… Если бы „мои“! Я бы тогда хоть что-то в них понимал…»
