— Гедимин! — Айзек, остановившийся на пороге, повысил голос. — Душевая свободна. Вепуат занял для тебя шланг и сейчас отбивается от экипажа станции. Быстро мойся — и на главный щит!
…Транспортёр провёз по коридору ведро пёстрых обёрток. Гедимин успел разглядеть зелёные ветки, красные ягоды и крылатый золотистый силуэт с витой ракушкой у рта. «Тощая какая-то,» — подумал он. «Или это кость? Кто её так закрутил?»
— Маккензи, как обычно, соблюдает все традиции, — Айзек покосился на ведро и криво ухмыльнулся. — Нацепил ветки на шляпу… Хорошо, в общем, что к нему не заходят инспектора с Равнины. И без черепов по стенам пока обходится.
Гедимин дёрнул углом рта. Он всё-таки вспомнил, где видел похожие орнаменты — и что силуэт дует вовсе не в ракушку или гнутую кость. Но вспоминалось с большим трудом — поверх этих «важных» сведений улеглось множество более свежих пластов.
В мониторах щита управления отражались накопительные сборки. Из красных они стали бордовыми. Светлых участков уже не осталось — энергия распределилась равномерно и со дня на день собиралась «вытечь».
— Мало накопителей, — буркнул Гедимин. — Мощность выше расчётной, ёмкости не хватает. Или добавь, или чаще сбрасывай.
Он смотрел на внутреннюю выстилку реакторов. Тёмно-синее «стекло» потемнело ещё сильнее. Этот накопитель было труднее перегрузить, но Гедимин думал, что «выжимать» придётся и его — после того, как сборки посветлеют.
Гварза, следящий за мониторами, повернулся к сарматам.
— Этой ёмкости достаточно. Хепри!
Вепуат, выглядывающий из угла, вопросительно хмыкнул. Вид у него был нахохленный.
— Где круглые твари?
— К Броннам отнёс, — отозвался Вепуат. — Тут им есть нечего.
— А что они… — начал было Гедимин, но Айзек крепко ткнул его в бок. Гварза поморщился.
— Кет! Проверить камеры сброса. И машинные залы. Посторонние предметы — уничтожать на месте!
Вепуат фыркнул.
— Гедимину ты не командир. Забыл?
Айзек с грохотом ударил ладонью о ладонь.
— Вепуат! Ты точно не оставил у реактора никакой фауны? Или флоры?..
…Когда сарматы, обойдя оба машзала, вернулись на ГЩУ, Вепуат смерил их угрюмым взглядом, выразительно фыркнул и отвернулся.
— Начинаем, — сказал Айзек, подойдя к операторам. — Гедимин, наблюдай!
…Щупальца, спокойно лежащие на загривке, вдруг дёрнулись и накалились докрасна. Гедимин схватился за шею, шипя от фантомной боли. Под сводами черепа метался вибрирующий вой. Доля секунды — и щупальца растаяли, оставив фантомный ожог. Сармат со свистящим вздохом посмотрел на потолок. Сфалт уже лежал в его руках. Развернуться к выходу не успел — кто-то повис на плечах, разлапистый силуэт загородил дверь.
— Куда⁈ — заорал Айзек прямо в наушник. — Сомкнуть экран!!!
«Экран! Гедимин, ты идиот,» — сармат развернулся к мониторам. Рычаги уже пришли в движение. «Вентиляция и сброс. Две бреши. Если перекрыть, та дрянь не дотянется…»
— Внутренняя вентиляция, — прохрипел он — горло судорожно сжалось, не сразу удалось протолкнуть в лёгкие воздух.
— Сиди уже! — Айзек, отпустив его, шагнул к мониторам. — Без тебя разберутся. Вепуат, смотри за… Эй! Ты-то куда⁈
Вепуат, под шумок почти протиснувшийся в приоткрытый шлюз, сердито фыркнул.
— Куда-куда, — сканировать! Под вашим экраном ядерный взрыв не заметишь!
…Гедимина за ним не пустили. Он остановился у выхода — оттуда был виден Вепуат и его поднятая рука. Больше ничего разглядеть не удавалось.
— Оно там, — говорил разведчик, зачем-то понизив голос. — Здоровенное. Уран… тяжёлый уран — двести тридцать восьмой. Фонит, как проклятый. Всё-таки там не без цепной реакции…
Гедимин стиснул зубы. «Эта тварь не может существовать…»
— Похоже, его, как и в прошлый раз, привлёк мощный источник энергии, — задумчиво сказал Айзек, оглядываясь на потускневшие мониторы. Хранитель забился в реакторы, и их мощность упала — и кто-то перекрыл коридоры оттока. Гедимин покосился на рычаги — похоже, на ГЩУ к ним не прикасались. «Может, уронили с блочных щитов…»
— Оно пытается что-то сделать? — спросил Гварза. Он стоял в шлюзовой камере, спиной к сарматам, и пристально следил за Вепуатом.
— Непонятно, — отозвался тот. — Ага, вот зашевелилось… Оно уползает. Куда-то вверх, как будто втягивается в дырку. Клубится и втягивается. И фон падает…
Горячее щупальце тронуло Гедимина за локоть. Сармат покосился на рукав.
— Оно уходит. Ты как?
Хранитель прогудел что-то невнятное и затих.
— Ушло, — выдохнул Вепуат. Он ещё минуту стоял, глядя на экран сигма-сканера, и только потом опустил руку и помахал предплечьем.
— Свело от натуги…
— Чисто, — Айзек выглянул наружу, «посветил» сканирующим лучом в потолок. — Гедимин, как там станция?
— Цела, — буркнул Гедимин. — Что там за тварь? Она теперь так и будет там болтаться?
Гварза развернулся к нему с кривой ухмылкой.
— Ну, твои попытки её ликвидировать так и…
Айзек хлопнул ладонью по стене.
— Тихо! У нас сборки разряжены наполовину. Что делать с оставшимся?
Гедимина передёрнуло.
— Если та тварь опять вылезет…
— С перекрытой вентиляцией её будет «слышно» не так «громко», — перебил его Гварза. — Сузить канал их связи, убрать только часть экрана.
