Каменные стены каземата покрывал лед. Обычно в тюрьмах пахнет сыростью и затхлостью, но здесь мороз вытравил все посторонних запахи. На снежном была лишь набедренная повязка. Белым призраком он смотрелся среди людей.
До прихода Сета с Кристой, он сидел на корточках в углу, но с их появлением поднялся. Криста не строила иллюзий насчет себя. Снежного заинтересовала не она. Все его внимание поглотил Сет.
— А вот и ты, — заговорил снежный на всеобщем языке. Голос у него был таким же студеным, как он сам. Так снег шелестит по крыше, скатываясь вниз. — Я ждал.
— Признаться, мне тоже не терпелось пообщаться, — Сет привалился плечом к стене.
— Жаль, я не довершил дело.
— Тебе так важна моя смерть?
— Ты — пустое место, — снежный подался вперед, но его удерживали кандалы. — Снег под моими ногами. Я топчу таких, как ты, не раздумывая. Но тот, кто в тебе. Он истинный. Он
— Иру? — переспросил Сет.
— На их проклятом языке это означает владыка или хозяин, — пояснил магистр. — Так они зовут своих вождей.
— Что ты о нем знаешь? — насторожился Сет. — О том, кто внутри?
— Знаю, как он силен. Однажды он одолеет тебя. И этот день не за луной. Я слышу, как он скребется, как просится на волю.
— Кто он?
— Тот, кто породил нас. Он привел нас в этот мир. Он наш пращур. Все мы плоть от плоти его. Когда он вырвется на свободу, мир падет к его ногам, а мы встанем у него за спиной. Теплокровные обречены.
Криста слышала снежного, но не понимала его слов. Что еще за иру? Как он связан с Сетом? Но наставник слушал внимательно. Он смотрел на снежного, не замечая, как ногтями царапает лед на стене. Был ли он напуган или зол? Пожалуй, и то, и другое поровну.
— Ты, маг, лишь сосуд, — между тем, говорил снежный. — Вместилище для того, чего твой разум постичь не в состоянии. Тебе с ним не совладать. Ты уже проиграл, хотя еще не осознаешь этого. Иру грядет, иру уже здесь, — снежный, запрокинув голову, расхохотался. Его смех пробирал не хуже холода. — Мы напьемся вашей крови. Изнасилуем ваших женщин и убьем сыновей.
— Замолчи! — неожиданно для себя Криста сорвалась на крик.
Ее голос громовым раскатом прокатился по каземату, распугивая крыс. Основная волна пришлась на снежного. Она ударила его в грудь, выворачивая суставы, ломая и дробя кости. На пол упал не снежный, а кожаный мешок, набитый костями.
Криста зажала рот руками. Не такого эффекта она добивалась. Она просто хотела, чтобы он умолк. Перестал, наконец, говорить гадости о Сете. Но убивать… Нет, нет, она никому не желала смерти. Даже ненавистному снежному. Но это случилось опять. Она снова отняла жизнь.
— Что я наделала? — пробормотала Криста. — Я не хотела.
— Хотела, иначе ничего бы не вышло, — Сет обернулся к ней. — Ты поступила правильно. Туда ему и дорога. И не вздумай реветь, — предупредил он, — не то поменяю тебя на Престона.
Упоминание Престона подействовало как пощечина. Она вздрогнула, приходя в себя. Истерика закончилась, толком и не начавшись. Оглядевшись, Криста поняла, что взгляды всех в каземате устремлены на нее — от простого служаки до магистра. Ей категорически не нравилось такое повышенное внимание. Люди смотрели на нее, точно она божество, и они не знают, чего от нее ожидать: благодати или погибели.
— Проводи меня в комнату, хочу прилечь, — Сет спас ее, дав повод уйти.
Она расслабилась, лишь когда дверь комнаты закрылась за их спинами.
— Что за вздор нес снежный? Кто в вас сидит? Разве такое возможно? — сыпала она вопросами.
— Не забивай голову. Ступай к себе, — велел он. — Отдохни.
— Но я не устала.
— После такого-то выброса Энергии? — не поверил он.
Криста вздохнула. Наставник как обычно был прав. Она чувствовала себя выжатой до основания, словно не спала неделю.
— Ты поступила верно, — повторил Сет. — Не кори себя. Убийство врага — это не убийство.
— А что же?
— Победа. И ее следует отпраздновать. Но не сейчас. Сперва выспись.
Он настойчиво подталкивал ее к двери. Кажется, ему не терпелось остаться одному, и Криста сдалась. Уходить ужасно не хотелось. Она оправдывала себя нежеланием бросать раненого одного, но истина была в том, что это она отчаянно нуждалась в обществе. К сожалению, наставнику было плевать на ее душевные терзания. У него самого, похоже, не было чувств, и он считал, что другие их тоже лишены.
Утром Криста торопилась к Сету. Даже не позавтракала, так переживала за его здоровье. Вдруг ночью ему стало хуже, а ее не было рядом? Когда наступил тот переломный момент, после которого она уже не радуется возможности избавиться от наставника, а боится его потерять? Ей бы бежать от него, куда глаза глядят, но почему-то не хочется. Как-то исподволь, незаметно она прикипела душой к наставнику.
Едва сдерживаясь, чтобы не ускорить шаг, она добралась до комнаты Сета. Наставник с утра выглядел недовольным. Игнорируя его ворчание, Криста занялась перевязкой.
Когда с той было покончено, она напомнила:
— Мы так и не поймали сообщника снежных. Попробуем его вычислить?
